Протоиерей Лев Лебедев. Великороссия: Жизненный Путь.

к оглавлению

 

Глава 34.

ГОЛГОФА ВЕЛИКОРОССИИ

 

Она началась сразу же с началом революции в феврале 1917 г. Но на первых порах могло казаться, что убийства и насилия революционеров — это неизбежные «эксцессы», «случаи», «крайности» некоего переходного периода революционной борьбы и касаются в основном лишь «врагов», контрреволюционеров... Хотя уже в те дни многое говорило о том, что всё не так. Больного старого бывшего премьера Штюрмера посадили в Петропавловскую крепость, где охранники забавлялись тем, что по очереди били его по щекам, а затем стали по очереди мочиться на лицо умиравшего и уже не поднимавшегося старика. Когда же родственники Штюрмера стали умолять дать им последнее свидание с ним, охранники заявили: «Пусть околевает при нас, и только при нас. Много чести ему прощаться ещё с родственниками!». Это были ещё не большевицкие или еврейские изверги, не революционные латыши (или мадьяры, китайцы и т.п.), а свои русские подонки и ещё в форме Русской армии. Вновь в России «пробил час негодяев». Однако своих подонков и негодяев в Русском народе оказалось слишком мало, их руками и услугами можно было сделать кое-что, но далеко не всё, что было задумано в отношении Русского Народа (как такового, в целом). И тогда началось своего рода вторжение.

 

В начале апреля 1917 г. через Германию уже двигался знаменитый «опломбированный вагон», в котором из Швейцарии ехали в Россию Ленин и его соратники. В наши дни, когда рассекречены многие архивные материалы, как в Западных странах, так даже и в России, появилась возможность воссоздать в общих чертах картину тайных, закулисных действий второго, большевицкого эшелона революции.

 

Весной 1914 г., т.е. до начала войны, Ленин через Скворцова-Степанова, по масонским каналам, вёл переговоры с Рябушинским и Коноваловым, пытаясь получить деньги на революцию от «своих» миллионеров. Они, хоть и были в масонстве «своими», в то же время не очень хотели помогать конкуренту, т.к. намеревались совершить революцию и взять власть сами. Мы уже не раз отмечали, что борьба группировок и лидеров в масонстве — обычное явление, нисколько не противоречащее общему единству этой организации. Диавол — не друг и не созидатель подлинного братства и согласия даже среди тех, кто служит ему. Он объединяет их усилия лишь в нужные решающие моменты, а в остальном с удовольствием поощряет внутреннюю вражду, зависть, злобу и убийства одних «братьев» другими, что и сами они на уровне «мастеров» заведомо как бы даже «программируют» для себя. Церковь диавола не может быть церковью любви и мира. Это постоянно нужно будет иметь в виду при рассмотрении борьбы разных группировок масонства как в международном плане, так и в сугубо российских делах, прежде всего — в пресловутом «противостоянии» («двоевластии») советов и Временного правительства в период с февраля по октябрь 1917 г., затем — в борьбе тех же совдепов против своих «братьев» масонов в Белом движении периода Гражданской войны, а затем — в официаль: ном «отречении» друг от друга большевиков и масонов, которое разыгрывалось как спектакль для профанов российской и мiровой «общественности» в 20-х—30-х годах. Всё это борьба за преобладание и власть разных групп одной и той у/се банды (как часто бывает в уголовных шайках). С началом мiровой войны на партию Ленина, открыто заявлявшего о желательности (в целях революции) поражения России, обратил особое внимание германский Генеральный штаб и начал денежную поддержку большевиков. Она шла по нескольким каналам, в том числе главным образом, через Израиля Лазаревича Гельфанда, более известного как А.Парвус («крупный марксистский теоретик»), с которым официально большевики-коммунисты находились в острой полемике. Германии казалось, что она прибегает к очень удачной «военной хитрости» — содействовать революции в России с тем, чтобы ослабить, развалить её изнутри для достижения победы... Она повторяла приём Японии 1904—1905 г.г. Германия, Германия!.. Она не знала, что за такую подлость она, как и Япония, в будущем получит от Бога страшное историческое возмездие! А тогда, в марте 1917г. уверенный в своей находчивости германский Генштаб дал партии большевиков 22 мил/шона марок. Потом — ещё 40миллионов. Германия будет помогать Ленину и большевикам ив 1918г., даже после убийства в Москве немецкого посла Мирбаха, пока в самой Германии не случится революция (в ноябре 1918г.) Но к этому моменту захватившие власть в России большевики будут уже крепко «на ногах». Тем паче, что финансовые средства в то же самое время они получали и от военных противников Германии,— банковских объединений Ротшильдов, Рокфеллеров, Морганов (из стран Антанты) — чего не знали «хитрые» и «находчивые» немецкие политики... 27 марта 1917 г. на пароходе «Христиания» из Нью-Йорка в Россию отправился Л. Троцкий-Бронштейн с 275-ю «— штейнами» бруклинского происхождения и 10 тысячами долларов в личном кармане, полученными от богатых соплеменников. Сумма незначительная — буквально «на карманные расходы» на самое первое время. Затем один из директоров Федерального резервного банка (Нью-Йорк) Уильям Томпсон лично внёс в кассу большевиков / миллион долларов. Томпсон также — участник Чейз Нэшнл Бэнк, представлявший интересы Рокфеллеров. Особенно постарался, конечно, уже знакомый нам Яков Шифф — руководитель (старший партнёр) банка «Кун, Леб Энд К?», а также член Верховного Совета Бнай Брит, передав Ленину 20миллионов долларов. В свою очередь партнером Шиф-фа был Пол Варбург — президент Федерального резервного банка и член американской делегации на Версальском конгрессе, решавшем участь побеждённой Германии, в составе делегации которой находился родной брат Варбур-га — Макс (президент международного банка «М.Н. Варбург и К°») непосредственно помогавший Ленину в его поездке через Германию в «запломбированном вагоне»... Теперь ясно, почему, всем тогда на удивление, Ленин на 1-м Съезде Советов в июне 1917 г. в ответ на слова докладчика-меньшевика о том, что сейчас нет такой партии, которая могла бы взять на себя ответственность власти, с места выкрикнул: «Есть такая партия!» Он знал, что кричал. Не знали — слушавшие... В 1922 г. Ленин создал международный банк, через который расплатился со всеми кредиторами за старые долги. Но большевики постоянно делали и новые. В 1930-х годах (до «признания» сталинского режима Америкой) четыре банка США финансировали СССР: это были: «Чейз Нэшнл Бэнк», «Эквитабл Траст», «Гаранта Траст», «Кун, Леб и К0» (а как же без него!)... В 1920-х г.г. Герберт Гувер, будучи ещё не президентом, а министром торговли, посылал в Россию большие партии продуктов, зная, что они идут не на спасение голодающих, а для укрепления власти большевиков! В 1933 г. президент Ф.Д. Рузвельт (на самом деле — Розенфельд) отбросил вовсе ненужную щепетильность и официально «признал» от имени Соединённых Штатов зверский режим большевиков. Подобным же образом поступали определённые банкиры и правительства Англии и Франции. Так обстояло дело с оплатой «русской» революции 1917г., оплатой, без которой революция не могла бы произойти, а наипачеудержать власть в России!

Но одним этим, конечно, не обошлось. Для «русской», точней — «российской» революции 1917 г. нужны были не русские (и даже не российские) мозги, способности и душевные энергии. Вслед за 275-ю спутниками Троцкого, в Россию в 1917—1918 г.г. поочерёдно начали поступать из той же Америки и иных мест партии евреев по 400, 500, 300 человек... Все они немедленно назначались на ключевые посты в партии, затем — центральных и местных органах советской власти, ЧК, армии, профсоюзов, хозяйственных учреждений, отделах культуры, просвещения, образования... В России, как мы помним, жило около половины (!) еврейского народа, рассеянного во всём Mipe. Зачем же потребовались ещё сотни евреев из-за границы для командных (ключевых) постов в России? Очевидно, что это были люди, особо посвященные в такие тайные планы относительно России и Русского Народа, о каких не знали и не должны были знать в большинстве даже их соплеменники —российские евреи. Впрочем, из числа последних тоже было набрано немало активистов. Вместе с приезжими они все и составили правящую «элиту» новой власти.

Чтобы никто не мог упрекнуть нас в бездоказательности и произвольных обобщениях, мы вынуждены привести несколько длинных пофамильных списков. Читатель может не вникать в них, если не имеет на то желания, а только «пробежать глазами», и этого будет достаточно, но может и вникнуть, проверить и уточнить.

Большевики, ехавшие с Лениным в запломбированном вагоне (начало апреля 1917 г.):

Абрамович Мая Зеликовна, Айзенбунд Меер Кивович, Арманд Инесса Фёдоровна, Гоберман Михаил Вульфович, Гребельская Фаня, Кон Елена Феликсовна, Константинович Анна Евгеньевна, Крупская Надежда Константиновна, Линде Иоган-Арнольд Иоганович, Мирингоф Илья Давидович, Мирингоф Мария Ефимовна, Морточкина Елена Сергеевна (жена Сафаро-ва), Пейнесон Семён Гершович, Погосская Буня Хемовна (с сыном Рувимом), Равич Сарра Наумовна, Радек (Собельсон) Карл Бершардович, Радо-мысльская Злата Эвновна, Радомысльский, он же — Зиновьев (Апфельба-ум) Овсей-Гершен Ааронович, Радомысльский Стефан Овсеевич, Ривкин Зал-ман-Бэрк Осерович, Розенблюм Давид Мордухович, Сафаров (Вольдин) Георгий Иванович, Сковно Абрам Анчилович, Слюсарева Надежда Михайловна,

Сокольников (Бриллиант) Гирш Янкелевич, Сулиашвили Давид Сократович, Усиевич Григорий Александрович, Харитонов Моисей Мотькович, Цхакая Михаил Григорьевич.

Примерно таков же племенной состав и следующего вагона революционеров, вскоре переброшенных кайзеровским правительством Германии в Россию. Среди них — Авдеев Иван Ананьевич (с женой и сыном), Войков (Вайнер) Пин-хус Лазаревич, Мартов (Цедербаум) Юлий Осипович, Рязанов (Гольдендах) Давид Борисович, Шейнис Исер Хаимович, Цукерштейн Соломон Срулевич, Окуджава Владимир Степанович, Трояновский Константин Михайлович, Эренбург Илья Лазаревич и другие.

Английский журналист, корреспондент «Тайме», долгие годы работавший в России, знавший и любивший её, переживавший вместе с ней всё самое страшное лихолетье 1917—1918 г.г., автор книги «Последние дни Романовых» (Берлин, 1923) Роберт Вильтон привёл в ней поимённые (и поплеменные) списки центральных органов советской власти в 1918 г., а также данные о составе Центральных Комитетов (ЦК) всех других российских (!) революционных партий. У Вильтона есть ошибки. Так, он считает Луначарского русским (вероятно, ни разу его не видел в лицо), тогда как Луначарский — Хаимов. Русским называет и Ленина, тогда как тот по отцу — из угро-финнов, а по матери — еврей. Но в общем и целом сведения Вильтона достаточно точны. Итак, по его данным, ЦК РСДРП(б), т.е. партии большевиков, в первый год революции: Ульянов (Ленин), Троцкий (Бронштейн), Зиновьев (Апфельбаум), Ларин (Лурье), Урицкий, Володарский, Каменев (Розенфедьд), Смидович,Янкель Свердлов, Стеклов (На-хамкес), Луначарский (Хаимов), Крыленко. Итого —12 человек, из них 10 евреев, один полуеврей и один (!) русский.

ЦК РСДРП меньшевиков — 11 человек, все евреи. ЦК народных социалистов — 6 человек: 5 евреев, 1 русский. ЦК социалистов-революционеров (эсеров) правых — 15 человек: 13 евреев, 2 русских. ЦК эсеров левых — 12 человек; 10 евреев, 2 русских. Московский комитет анархистов — 5 человек: 4 еврея, один русский. ЦК партии Польской коммуны — 12 человек, все евреи. В их числе — Радек (Собельсон), Загорский (Крохмаль), Гольц (Шварц).

Как видим «пасьянс» был составлен так, что какая бы партия ни пришла к власти, эта власть всё равно оказалась в руках одной и той же силы, одного определённого народа... Все эти партии финансировались из-за границы. Но в решающий момент предпочтение было отдано большевикам. Органы их власти являют такую картину.

Совет Народных Комиссаров (Совнарком, СНК) 1918 г.:

Ленин — председатель, Чичерин — иностранные дела, русский; Луначарский — просвещение, еврей; Джугашвили (Сталин) — народности, грузин; Про-тиан — земледелие, армянин; Ларин (Лурье) — экономический совет, еврей; Шлихтер — снабжение, еврей; Троцкий (Бронштейн) — армия и флот, еврей; Ландер — госконтроль, еврей; Кауфман — государственные имущества, еврей; В. Шмидт — труд, еврей; Лилина (Книгиссен) — народное здравие, еврейка; Шпицберг — культы, еврей; Зиновьев (Апфельбаум) — внутренние дела, еврей; Анвельт — гигиена, еврей; Исидор Гуковский — финансы, еврей; Володарский — печать, еврей; Урицкий— выборы, еврей; И. Стейнберг — юстиция, еврей;

Фенгстейн — беженцы, еврей. Итого, из 20-ти наркомов — один русский, один грузин, один армянин, один полуеврей и 16 евреев.

Центральный Исполнительный Комитет (ЦИК):

Я. Свердлов — председатель, еврей; Аванесов — секретарь, армянин; Бруно, латыш; Бреслау, латыш; Бабчинский, еврей; Бухарин, русский; Вейнберг, еврей; Гайлис, еврей; Ганцбург, еврей; Данишевский, еврей; Старк, немец; Сакс,еврей; Шейнман, еврей; Эрдлинг, еврей; Ландауэр, еврей; Линдер, еврей; Волах, чех; Диманштейн, еврей; Енукидзе, грузин; Эрмент, еврей; Иоффе, еврей; Карклин, еврей; Книгиссен, еврей; Каменев (Розенфельд), еврей; Зиновьев (Апфельбаум), еврей; Крыленко, русский; Красиков, еврей; Кап-ник, еврей; Каул, латыш; Ульянов (Ленин) полуеврей; Лацис, еврей; Ландер, еврей; Луначарский (Хаимов) еврей; Петерсон, латыш; Петере, латыш; Рад-зутас, еврей; Смидович, еврей; Сосновский, еврей; Родин, еврей; Штутшка, латыш; Смильга, еврей; Стеклов (Нахамкес), еврей; Скрытник, еврей; Троцкий (Бронштейн), еврей; Тележкин, русский; Фельдман, еврей; Фрумкин, еврей; Цурюпа, малоросс; Чавчавадзе, грузин; Шейкман, еврей; Розенталь, еврей; Ашкинази, еврей; Карахан, караим; Розе, еврей; Радек (Собельсон), еврей; Шлихтер, еврей; Шиколини, еврей; Шклянский, еврей; Правдин (Левин), еврей. Итого— 62 члена, из коих 4 русских (включая одного малоросса), 2 немца, 2 армянина, 2 грузина, 5 латышей, один полуеврей и 47 евреев.

Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК, или ЧК), которую Р. Вильтон ошибочно называет «Московской» имея ввиду, наверное, место нахождения):

Дзержинский — председатель, полуполяк-полуеврей; Петере — заместитель, латыш; Шкловский, еврей; Зейстин, еврей; Размирович, еврей; Крон-берг, еврей; Хайкина, еврейка; Карлсон, латыш; Шауман, латыш; Леонто-вич, еврей; Ривкин, еврей; Антонов, русский; Делафарб, еврей; Циткин, еврей; Розкирович, еврей; Г. Свердлов, еврей; Бизенский,еврей; Блюмкин, еврей; Александрович, еврей; Модель, еврей; Рутенберг, еврей; Пинес, еврей; Сакс, еврей; Я. Гольдин, еврей; Гальперштейн, еврей; Книгиссен, еврей; Ла-теис, латыш (а не еврей ли — Лацис?); Дайбол, латыш; Сайсун, армянин; Дейкенен, латыш; Либерт, еврей; Фогель, немец; Закис, латыш; Шилькен-кус, еврей; Янсон, латыш; Хейфис, еврей. Итого — 36 человек, из них: 1 полуеврей, 1 немец, 1 армянин, 1 русский, 8 латышей и 24 еврея.

Вот такой получался «интернационал» и такая «русская» выходила революция...

После «февральского» её этапа Яков Шифф прислал из США министру иностранных дел Временного Правительства П. Милюкову восторженную телеграмму, поздравлявшую в лице Милюкова «русский народ с деянием, только что им так блестяще совершённым». Шифф пояснял, что речь идёт о свержении «тиранической автократии, которая безжалостно преследовала наших единоверцев», т.е. евреев. Почтенный профессор истории и французский масон Милюков не менее восторженно ответил Шиффу: «Мы едины с вами в деле ненависти и антипатии к старому режиму: позвольте сохранить наше единство и в деле осуществления новых (?) идей равенства, свободы и согласия между народами, участвуя в mipoeou борьбе против средневековья, милитаризма и самодержавной власти, опирающейся на божественное право (!)... 19 марта 1917 г.

Павел Милюков.» Он, как и всё Временное Правительство, был несказанно рад подобным телеграммам (а их поступало тогда много), т.к. они являлись откликом на одно из самых первых деяний новой власти — торжественное провозглашение полного равноправия евреев со всеми народами России, прежде всего имея ввиду, конечно, Великорусский народ.

До чего же глупы всё-таки были всегда русские масоны (даже самых высоких степеней посвящённости)! Яков Шифф и Бнай Брит (и другие подобные лица и инстанции) не позволили господам Милюковым быть с собою в единстве! Ибо добивались они вовсе не равноправия Русского народа с еврейским (ишь чего захотели!), а тиранического безжалостного господства еврейского народа над русским с целью совершенного уничтожения Русского народа! И совсем не только и не столько из чувства мести за относительное неравноправное положение при «царизме» и еврейские погромы. Вожди еврейства всегда хорошо знали, что Русский народ в целом — против погромов, не участвует в них, а к евреям относится вполне дружелюбно! Именно это обстоятельство в глазах открытых и скрытых вождей мiрового еврейства было одной из важнейших причин, по которым Русский народ должен сгинуть с лица земли. Ибо в такой любви русских ко всем народам, ко всему человечеству, проистекающей прямо от их Святой Православной Веры (вспомним Царя,— «Мои евреи») таился великий соблазн для еврейского народа — расположиться ответным добрым чувством к русским (вспомним того еврея,— «Что мне делать? Я начинаю любить Царя!»), и, что страшней всего,— потянуться к Православию в его Великорусском облике, образе (исповедании)!

Так что не Керенскому с Милюковым, а Ленину с Троцким в те же самые дни (!) тот же Яков Шифф с другими подобными тайно давали десятки миллионов долларов, фунтов, франков и рублей на второй этап революции, в результате которого всякая мысль о равноправии евреев будет отброшена и установлено прямое господство еврейских вождей и правителей над всей Россией, всеми её народами, и прежде всего народом Русским. Временное Правительство, таким образом, было обречено; оно использовалось именно временно, как условие для воцарения большевицкого правительства. «Февраль» явился лишь ступенью к «Октябрю» 1917 г.!

Когда после «Октября» одним из первых декретов сов. власть установила уголовную ответственность вплоть до расстрела за «антисемитизм» (могли расстрелять за одно словечко «жид», неосторожно сказанное в очереди за хлебом), это очень не понравилось лидерам MipoBoro сионизма, и они выражали тогда своё неудовольствие по этому поводу. По их планам, евреям не должно было быть хорошо ни в одной отдельно взятой стране! Но так как упоение победой у «российских» евреев было слишком велико, пришлось терпеть отсутствие антисемитизма в РСФСР и СССР, пока не возникнут обстоятельства, позволяющие снова этот «антисемитизм» организовать.

Ведущая и главенствующая роль евреев в «русской» революции 1917г. и во всём государстве бывшей России восхищённо подчеркивалась в 1920-х — 30-х годах множеством еврейских писателей и деятелей, вполне признавалась публично и Лениным, и большевиками русского происхождения. Знаменитый потом «всесоюзный староста» М.И. Калинин, к примеру, в 1926 г. говорил: «В первые дни революции вся масса городских еврейских интеллигентов и полуинтеллигентов бросилась в поток революции... Большое число евреев заняли должности комиссаров, (стали) участвовать в правительстве, в армии. В ту минуту, когда значительная часть русской интеллигенции (не часть, а почти вся— прот. Л.) отстранилась, испугавшись революции, как раз в эту минуту еврейская интеллигенция влилась в революционное русло и начала работать в революционных правительственных органах». Калинина нужно всё время поправлять: не работать только, а — возглавлять все органы власти!

Картина, рассмотренная нами в центральных учреждениях, повторялась с незначительными вариациями и на местах. Так, в Екатеринбургском совете 1918 г. — большинство евреи. А в Пермском совете — все евреи. У Вильтона в книге приводится фотография внутреннего вида совдепа старинного русского города Перми после поспешного бегства красных. Зал, вроде клубного, в глубине — сцена, на ней стол. За столом портреты Ленина, Троцкого, К. Маркса и Свердлова (Энгельса нет: он, кажется, не еврей). И все транспаранты и лозунги — на иврите, еврейским шрифтом (хоть бы один был на русском, приличия ради) с приветствиями Ш-му Интернационалу. А в столе, как гласит надпись под фото,— орудия пыток. В широком ассортименте...

Современный бывший сов. диссидент еврей М. Бернштам в 1979 г. совершенно справедливо написал: «Наверное народ ни одной страны ни в одной революции в истории не дал так мало своих представителей на осуществление революции и так много на сопротивление ей», как Русский народ. Поэтому, по его мнению, нужно исключить из «научного обихода» термины «русская», а также — «рабочая» и «крестьянская» в приложении к революции 1917 г. в России. Другой его соплеменник, уехавший в Израиль писатель Герман Брановер в книге «Возвращение» (1969 г.) утверждает: «Мои братья хасиды уничтожали православных гоев». Он называет имена «братьев»: Свердлов, Каменев, Зиновьев, Каганович, Мехлис, Ягода, Берия и других. А затем как бы подводит главный итог: «Славные сыны Израиля,— Троцкий, Свердлов, Роза Люксембург, Мартов, Володарский, Литвинов вошли в историю Израиля. Может быть кто-нибудь из моих братьев спросит, что они сделали для Израиля? Я отвечу прямо: они непосредственно (!) или посредственно старались уничтожить наших наибольших (!) врагов — православных гоев (т.е. русских — прот. Л.). Вот в чём заключалась их работа. Этим они заслужили вечную славу!»

Может быть, это придумывают современные Брановеры? Увы, нет! В 1924 г. И.М. Бикерман написал в сборнике «Россия и евреи» (Берлин): «Русский человек видит его (еврея) и во главе первопрестольной Москвы, и во главе Невской столицы... Русский человек видит теперь еврея и судьёй и палачом». В 1925 г. в книге «Ныне и навеки (навсегда)» на английском языке, изданной в Нью-Йорке, известный Самуил Рот откровенно признался: «...Мы, евреи, добились (в России) свободы и грандиозно отомстили врагам... Где некогда мы были угнетаемы и преследуемы, там мы ныне — гордые и безпощадные гонители». Нужно знать, ко всему прочему, что согласно некоторым талмудическим учениям «гои», то есть неевреи, в том числе, значит, и русские — это вообще «не люди, а животные, которых Господь Бог создал с человеческими лицами для того, чтобы евреям не противно было принимать от них услуги». Апфельбаум (Зиновьев)

говаривал в те дни: «Мы должны увлечь за собой 90 миллионов из ста, населяющих Советскую Россию. С остальными нельзя говорить — их надо уничтожить» (т.е.— 10 миллионов). В 1919 г., принимая делегацию церковно-приходских советов Москвы, Лев Бронштейн (Троцкий), когда ему сказали, что Москва «умирает с голоду», ответил: «Это не голод. Когда Тит брал Иерусалим, еврейские матери ели своих детей. Вот когда н (!) заставлю ваших матерей есть своих детей, тогда вы можете придти и сказать: «Мы голодаем».

И заставил. При том составе правящих большевицких органов, который мы показали, это было не так уж трудно. И во время голода в Поволжье, сознательного усиленного Троцким, в 1922 г., и во время страшного голода в южных областях, на Украине и Кубани в 1939 г., организованного специально Кагановичами, были случаи (правда очень редкие, единичные, но — были!), когда обезумевшие матери поедали своих умерших детей... В высказывании Троцкого содержится также ценнейшее откровение о том, почему это и многое другое в плане уничтожения Русского народа делалось. Поэтому мы потом вернёмся к этому откровению. Теперь же поглядим на внешний ход событий.

8/21 марта 1917 г. по требованию Временного Правительства Государь оставил обязанности Главнокомандующего и отбыл со свитой из Ставки в Царское Село. Представители «новой власти» и здесь лгали и обманывали, говоря, что сопровождают Царя в целях его же безопасности и в знак почёта, что всей Царской Семье будет предоставлена свобода и право выбрать место своего постоянного жительства, в частности — за границей (по желанию). И только в пути, в поезде Государю объявили, что он арестован. В тот же день 8/21 марта в Царском Селе генерал-изменник Л.Г. Корнилов арестовал Государыню и всю Семью. Вёл себя при этом плохо. Явившись во дворец чуть свет, в грубой форме потребовал разбудить Императрицу, а когда она вышла к нему, стал лебезить, потянулся приложиться к её руке, но не был удостоен этой чести: Государыня ему не подала руки. Теперь из Корнилова иногда хотят сделать национального героя. Но это большая ошибка — он был и до смерти остался нераскаянным республиканцем и противником Православного Русского Царства. Одна из песен корниловцев «Царь нам не кумир», перекликающаяся со словами «Интернационала» («ни Бог, ни царь, и не герой...») говорит сама за себя. Под домашним арестом в Царском Селе вся Императорская Семья пребывала до 1/14 августа 1917 г., когда Временное Правительство опять якобы для большей безопасности, т.е. опять обманывая, отправило узников в Сибирь, в Тобольск. Здесь в Тобольске они пребывали до 13/26 апреля 1918 г., после чего двумя группами, уже по воле большевиков, были перевезены в Екатеринбург.

Тем временем весеннее наступление в 1917 г. не состоялось. В связи с этим операции союзников против Германии весной оказались безрезультатными. Только летом, в июле «временные» попытались организовать наступление, но оно провалилось. Армия разлагалась теперь уже не только «демократической» масонской, но и большевицкой масонской пропагандой: «Долой войну!», «Штык — в землю!», или «Повернём оружие против помещиков и капиталистов»... Особенно постарался генерал Брусилов. При нём, когда его назначили «Верховным», Русская армия за полтора-два месяца совершенно разложилась, сделалась неуправляемой. Франция и Англия через «Великий Восток Франции» постоянно давили на Керенского и всё его правительство, побуждая продолжить «войну до победного конца», когда победа была уже упущена! Она была не только возможна, но и неизбежна, если бы генеральное наступление России было начато в апреле под руководством Государя и при ещё дееспособном со-^S^^"^?^^^^.,"^^^^^^"^^?^1?.^^ и после июльского провала

ОДНИ ИЗ НИХ, СвЯЗа№/ШГ/С00Ш№ ЖрЯРГТЯ ШтЯ*-™у ^о^^-';^^—;■—^,^»~

дены были настаивать на продолжении войны, a wp^vwe, не связанные такой? клятвой, откровенно говорили, подобно П. Милюкову, о необходимости срочно заключить сепаратный мир с Германией, иначе неизбежно «всевластие Ленина». Так что начались споры и разделения и внутри правительства Керенского и между ним и совдепом, который в итоге грызни между большевиками и меньшевиками, эсерами и иными, попал всё же в руки большевиков. В августе Корнилов решил покончить с большевизмом и, быть может, с явно неспособным ни на что правительством Керенского и двинулся с несколькими эшелонами на Петроград. Идея «мятежа» была в том, чтобы установить в России «сильную власть». По сговору с советами член Временного Правительства (в последнем составе — министр путей сообщения) А.В. Ливеровский (очень крупный инженер) предложил и осуществил хитроумный план разборки всего нескольких стрелок на подъездах к столице, из-за чего эшелоны Корнилова остановились. Прочее довершили болылевицкие агитаторы, тут же появившиеся в кор-ниловских частях... Так что «сильная власть» в России уже была, только не у Корнилова. Всё это, как уже говорилось,— борьба разных группировок внутри одной преступной шайки, что-то вроде пауков в банке («мухоедство», как говорил один персонаж Достоевского).

25 октября/7 ноября 1917г. большевики осуществили хорошо организованный захват власти. Вопреки сказке для пионеров, которую потом они создали, большевики без всякого «штурма», вполне спокойно, договорившись с командованием юнкеров и женского батальона, охранявших Зимний дворец, где сидело Временное Правительство, вошли туда и арестовали всех министров. Керенский перед этим бежал с помощью американцев из Петрограда в Гатчину (далее — за границу). Министров скоро выпустили из Петропавловки (ещё действовала масонская солидарность). Власть в России перешла фактически в руки вождей талмудического иудаизма, хотя формально, на поверхности действовала секта «пятой великой религии» марксизма-ленинизма. Напрасно нынче, желая как бы унизить коммунистов, многие отказываются от термина «Великая Октябрьская социалистическая революция» и называют это «октябрьским переворотом». Так поначалу и сами большевики называли своё воцарение. Но это неверно. Переворот — простая перемена носителей власти, может быть с последующими реформами не коренного, не всеобъемлющего характера. То, что произошло в России с октября 1917 г., есть именно революция, произведшая коренные изменения всей жизни страны и её народов во всех отношениях, буквально опрокинувшая, разрушившая вековые устои этой жизни «до основанья», а затем построившая нечто такое, чего никогда не бывало ни в России, ни в остальном Mipe. Поэтому и по размаху «преобразований», и по влиянию на обстановку в других странах и народах Октябрьская революция должна быть

503

названа и признана именно «Великой», но только в одном из русских значений этого слова — большая, огромная, грандиозная, а не в ином значении духовного или нравственного величия. Кошмар и ужас тоже могут быть грандиозными (великими),но, конечно, не в положительном смысле. Великая беда! А состояние войны с Германией и её союзниками продолжалось. Но, как мы видели, при сохранении такого состояния в 1918г. экономику (народное хозяйство) России ожидал неминуемый крах. Что и началось. Армию сами же большевики деморализовали. Германия к концу 1917 г. почти полностью выдохлась тоже в экономическом отношении. Но её войска были ещё в целом управляемы. Это и позволило ей уже не просить мира у России, а потребовать: или мир на условиях Германского блока, или вторжение войск противника в Россию. Верный обещаниям германскому Генштабу и ещё во многом зависящий от немецких денег Ленин разыграл очень хитрую интригу среди товарищей по партии. Якобы из-за бурных споров по вопросу о мире, его заключение оттягивалось до того состояния, когда Германия смогла предъявить ультиматум с неслыханными условиями: Россия лишается всей Прибалтики (ну и Польши, разумеется), части Белоруссии, всей Украины (она становится «независимой» республикой Центральной Рады во главе с бывшим царским генералом-масоном (теперь — гетманом) Скоропадским, целиком зависимым от Германии). Россия теряет также завоевания в Закавказье и свой Батум, выплачивает Германии огромную контрибуцию. 3 марта 1918 г. в Бресте на этих условиях большевики подписали мирный договор, названный тогда же «похабным». Немецкие войска вошли во все эти территории. Но... ненадолго. Вильгельм II и его «хитрый» Генштаб радовались рано. Бнай Брит с Шиффами и Ротшильдами и Ленины с Троцкими были хитрее! В самой Германии уже была подготовлена революция, которая и разразилась в ноябре 1918 г. Это позволило Ленину тут же «аннулировать» похабный мир. Немного позже произошла подобная революция в Австро-Венгрии. Во главе немецкой революции находим до боли «знакомых»: К. Либкнехт, Р. Люксембург — евреи. «Баварская Советская (!) Республика» продержавшаяся несколько недель, возглавляется евреями Эйспером, Ландауэром, Толлером, Левинэ. «Венгерская Советская Республика» — с марта по август 1919 г., 133 дня,— руководится Аароном Коном (он же Бела Кун: он потом приехал в Совдепию и отличился зверствами в расправе над остатками «белых»). В Германии, как и в Австро-Венгрии ограничились только ликвидацией монархической власти (поскольку она. по словам Милюкова, «основана на Божественном праве»). Большевизация (советизация) народов этих стран не входила в планы иудео-масонства (о причинах мы скажем потом). Оно в это время разыгрывало тоже хитрейшую международную интригу. Суть её полностью соответствовала тому «меморандуму» еврейских организаций английскому правительству, о котором уже говорилось: Россия не вошла в число стран победительниц. Более того, она оказалась в числе как бы даже «побеждённых»... В ней, как и в Германии и Австро-Венгрии, упразднена была монархическая власть. Основные христианские государства Европы перестали быть Христианскими государствами. И в значительной мере как бы по своей собственной вине,— подравшись друг с другом!.. В 1918г. Германия в народно-хозяйственном отношении была полностью истощена по той же причине, что и Россия — недопустимо высоком увеличении

военного производства за счёт мирного. Армия её тоже деморализовалась революционерами. И тем не менее Антанта (Англия, Франция, Италия) не могла справиться с ней! Понадобилось участие США на самых последних этапах войн в 1918 г. В 1919 г. был заключён окончательный Парижский мирный договор, по которому побеждённые (Германия и Австрия) лишались многих владений (Германия снова лишалась Эльзаса и Лотарингии, а также ряда колоний), значительно стеснялись в правах и возможностях на будущее. Болгария оставалась Царством: Сербия, Черногория, Македония, Словения, Босния и Герцеговина объединялись в Королевство Югославию. Итак, на поверхности — острые, до кровопролитнейшей мгровой (!) войны, противоречия между империалистическими державами, этими «акулами империализма»! А что внутри? Советники кайзера — евреи Ратенау и Балин, как мы помним. Впрочем на Парижской (Версальской) Мирной Конференции их, как и Вильгельма, уже нет. «Фельдфебель на троне», лишившись трона, бежал (дали возможность!) в Голландию. В составе германской делегации — еврей Макс Вар-бург против родного брата Пола Варбурга из делегации США... Личным секретарём Британского премьер-министра Ллойд Джорджа был еврей Филипп Сассун из богатейших людей Англии и Европы (сэр!). Личным секретарём французского премьера Клемансо был еврей Жорж Мандель. Президент США В. Вильсон находился целиком под влиянием самых близких советников — раввина Уайза и его соплеменников миллионеров Баруха и Моргентау. Вот кто уже тогда пытался, ещё не прямо, а как бы из-за кулис вершить судьбы Европы, Америки и России. Для нас вопрос в том, почему с поверженными народами Германии и Австро-Венгрии тогда не поступили также, как с народом Великорусским? Ответ только один: эти народы, давно лишённые действительного общения со Христом и сбитые с толку католицизмом и протестантизмом, не представляли такой опасности для еврейства, как исполненный Божией благодати Народ Русский с Русью Святой в своём центре и основании! Этот (такой!) народ в начале 1918 г. был ещё жив. Был жив и его Православный Царь, хотя уже находившийся в заточении...

9/22 марта 1917 г. Государь прибыл в Царское Село, став свидетелем, как вся его свита, озираясь по сторонам, боязливо разбегалась из вагонов кто куда. Только гофмаршал князь В.А. Долгоруков пожелал сопровождать своего арестованного монарха. Но нельзя здесь спешить с суждениями и осуждениями. То же самое произошло, когда в Гефсиманском саду был арестован Христос: «Тогда все ученики, оставив Его, бежали» (Мф.26,56), что Он Сам им и предсказал, сославшись на Священное Писание: «Все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь; ибо написано: «Поражу пастыря, и рассеются овцы стада» (Захар. 13,7. Мф. 28,31). Царское Село — Тобольск — Екатеринбург — как некие ступени удаления от царства земного и одновременно приближения к Царству Небесному. Воспоминания очевидцев, личные письма и дневники членов Царской Семьи дают возможность в полной мере (до мелких деталей) воссоздать картину их жизни и настроений этого последнего трехстепенного периода. В этой картине поражает до самой глубины души очень многое! Прежде всего, наверное,— полное отсутствие у Царственных узников какого-нибудь страха за свою судьбу, уныния, отчаяния или панического желания непременно бежать из-под стражи,

спастись любой ценой... Все они живут и ведут себя в заточении так, будто ничего особенного с ними и не произошло! Как всегда, как обычно с детьми ведутся занятия. Только за отсутствием учителей, преподавание основных предметов берут на себя Родители. Отец-Государь преподает историю и географию. Мать-Государыня — Закон Божий, швейцарец Пьер Жильяр — французский язык, англичанин Сидней Гиббс — английский. Эти два иностранца оказались преданы Царской Семье, как мало кто из русских. Они сопровождали её всюду, до Екатеринбурга, и готовы были умереть вместе с Царственными Мучениками, но большевики их насильно разлучили с Царской Семьёй перед её убийством. Жильяр потом за границей издал замечательную книгу своих воспоминаний о 13-ти годах жизни при Царском Дворе, женился на А.А. Теглевой, няне Царских детей. А Гиббс, потрясённый подвигом Царской Семьи, принял Православие, монашество (!) и скончался в сане архимандрита Русской Православной Церкви. Как всегда, внутри Семьи царят полное единодушие, жизнерадостное настроение. Часто вместе работают — убирают снег, строят ледяные горки, пилят и рубят дрова, подметают двор, возделывают огород и всё это с большим удовольствием. По вечерам читают. Разное. И светскую литературу, и Священное Писание, и другие духовные книги. Чаше всего читает вслух Государь, остальные, занимаясь рукоделием, слушают. В Тобольске ставят домашние спектакли,— три французских пьески, одну английскую и «Медведь» А.П. Чехова, где Смирнова играл Государь, Попову — Великая Княжна Ольга, Луку — Великая Княжна Мария... Иногда играли в карты, иные игры. Комиссар Временного Правительства, приставленный к узникам в Тобольске, Панкратов (эсер, отсидевший за политическое убийство длительный срок, из интеллигентов) однажды зашёл в караульное помещение и увидел Государя с сыном, сидящих в кругу солдат. Государь играл в шашки со своими охранниками и при этом весело с ними беседовал. Он сделал Панкратову знак присоединиться и сесть к столу. Но тот от удивления не нашёлся что сказать, только посмотрел непонимающими глазами сквозь очки и вышел. Простота, радушие и дружелюбное отношение Царской Семьи ко всем окружающим производили поразительные действия. Даже в Екатеринбурге, где Узников охраняли уже совершенно большевицки настроенные солдаты, происходило почти чудо постепенного перевоспитания этих солдат. Поначалу распропагандированные и соответственно настроенные чекистами-евреями, солдаты издевались и хамили. Могли своей ложкой залезть в тарелку кого-либо из Великих Княжён, доставая что-нибудь со стола толкнуть в голову Государя, сквернословили, в туалете разрисовывали стены похабщиной и матерными словами. А потом всё более и более как бы «приходили в себя» и, видя невозмутимое спокойствие и простоту в обращении с ними Царя и его Семьи, начинали вести себя всё скромней, одёргивали своих ещё «ретивых» товарищей... Так что перед убийством этот караул из русских красноармейцев чекисты решили всё-таки убрать подальше.

В Екатеринбурге домашних спектаклей уже не было. Здесь наступил последний этап жизни Царской Семьи, когда она духовно готовилась к исходу из тьмы этой жизни в свет вечной жизни Царства Небесного...

Царственные узники вполне понимали своё положение, в частности и то, в чьих руках они находятся. В письмо к сестре Ксении Александровне от 5 нояб-

ря 1917 г. Государь вложил особую записку, где без всяких пояснений своей рукой написал следующее: «Ленин •— Ульянов (Цедерблюм), Стеклов — На-хамкес, Зиновьев — Апфельбаум, Троцкий- Бронштейн, Каменев — Розен-фельд, Горев — Гольдман, Меховский — Гольденберг, Мартов — Цедербаум, Суханов — Гиммер, Загорский — Крахман. Мешковский — Голлендер». Этим лаконичным перечнем Царь срывает маску с тех, кто прятался за русскими фамилиями, как и за спиной Русского народа, и за словами и понятиями о «русской» или «российской» революции. Государь перечисляет отнюдь не членов официального большевицкого «правительства», пришедшего к власти в октябре 1917 г. К примеру, в списке значится Мартов — глава «меньшевиков» и непримиримый политический противник Ленина (хотя в прошлом друг). Значит, Государь указывает на нечто более глубинное и серьёзное — на те силы, тот народ, который теперь воцарился над Народом Русским. В этой записке, кажется, есть одна ошибка: фамилия Ленина — Цедерблюм. Возможно, кто-то сообщил Царю неточные данные. А может быть, мы и по сей день не всё знаем об этом лысом «вожде»? 20 марта 1918 г. Государыня пишет, что они в Тобольске получили от 3. Менштед книгу Нилуса «Великое в малом». «И я с интересом читаю её»,— добавляет Царица. Эта книга, как уже говорилось,— разоблачение всемiрного иудео-масонского заговора против человечества, с текстом Протоколов сионских мудрецов. Следовательно, по крайней мере, весной 1918 г. в Тобольске Царская Семья вполне узнала и поняла, что происходит в Mipe и в России в первую очередь! Но напрасно мы стали бы искать хоть какого-нибудь выражения ненависти и неприязни к еврейству у Царственных узников, хоть одного слова проклятия в их сторону! Нет таких слов, нет таких настроений! Зато есть грустные наблюдения над особенностями и состоянием определённой части Русского народа, той, что пошла на поводу у революции. Эти наблюдения имеют для нашего исследования души Великороссии чрезвычайное значение. Но мы должны заранее предупредить, что понятие «народ», «характер» в этих наблюдениях употребляются в узком значении — явлений наиболее заметных в наиболее повреждённой части народа (как, например, в выражениях вроде — «народ нынче пошёл глупый»), а не относятся ко всей России. В уже упомянутом письме 5 ноября 1917 г. Государь, имея в виду солдат, вынужденных подчиняться «новым порядкам», замечает: «Бедные, сбитые с толку люди». В письме от 7 января 1918 г. в связи с раздорами в солдатской же среде по поводу снятия погон, он говорит: «Всюду происходит та же самая история — дватри скверных коновода мутят и ведут за собой всех остальных» (выделено нами — прот. Л.). Кто именно были «коноводами» всей революции в глазах Царя, мы уже видели. Более пространно, чем крайне сдержанный (как всегда!) Государь, пишет Государыня: «Психологиямассы страшная вещь,— говорит она 29 мая 1917 г. — Наш народ уж очень некультурен,оттого, как стадо баранов, идут за волной. Но дать им понять, что обмануты,всё может пойти по иному пути. Способный народ, но серый, ничего не понимает.» Через некоторое время, 9 января 1918 г. Царица замечает: «Странность в русском характере — человек скоро делается гадким, плохим, жестоким, безрассудным, но и одинаково быстро он может стать другим: это называется — безхарактерность. В сущности — большие, тёмные дети». Но вот, в минуту

духовного подъёма Государыня пишет в письме А. Вырубовой 13 марта 1918 г.: «Потерпи, родная страна, и получишь венец славы. Награда за все страдания. Бывает, чувствую близость Бога, непонятная тишина и свет сияет в душе... Боже. как я свою Родину, люблю со всеми её недостатками! Ближе и дороже она мне, чем многое, и ежедневно славлю Творца, что нас оставил здесь (в России — прот. Л.) и не отослал дальше. Верь народу, душка, он силён и молод, как воск в руках. Плохие руки схватили.— и тьма и анархия царствуют; но грядет Царь Славы и спасёт, подкрепит, умудрит сокрушённый, обманутый народ». Мы помним также, что 20 декабря 1917г. Государыня говорила в письме той же своей подруге о любви к России, «несмотря на все ужасы теперь и на все согрешения», и добавляла очень важное: «Но ведь это не вся страна}». Далеко не вся, даже совсем не вся, как мы сейчас увидим. Но пока отметим, что во всех приведённых высказываниях сквозит горячее желание и объяснить для себя происходящее, и как бы оправдать ту часть Русского народа, которая «сбита с толку», идёт за «скверными коноводами» по причине своей некультурности, стадности, темноты, детскости, склонности к резким колебаниям от зла к добру (безха-рактерности), податливости, как воск, влияниям... Мы знаем и многократно видели, что все эти черты и особенности, действительно присущи были искони — но только именно тёмной, некультурной, «мечтательной» или «потерявшейся» части народа и при этом части очень незначительной и совсем не определяющей в Русском Народе! «Не вся страна».

В те же самые дни в заточении, в Тобольске, буквально пред глазами Царской Семьи являлась «страна», Великороссия подлинная, настоящая! Верующие жители Тобольска, пренебрегая опасностью, стремились приблизиться к Узникам каждый раз, когда те ходили в церковь одни на раннюю обедню, куда народ не допускался. Они издали кланялись Царской Семье, крестились, осеняли Семью крестными знамениями. Узнав о стеснённом денежном положении заточённых, люди невозможными путями ухитрялись передавать им продукты, деньги, сладости. У бывшего губернаторского дома, где пребывала Царская Семья, проходящие снимали шапки, становились на колени, молились и кланялись на дом. Это начало сразу же обретать (и обретало) характер массового народного молитвенного — не воинственного! — собрания, так что по словам П. Жильяра, охранникам пришлось «принимать особые меры», чтобы не допускать скопления людей у дома губернатора... Это уже — не безхарактер-ность, не колебания, не темнота; здесь — Русь твёрдая и неколебимая в Православии, в любви к своему Царю! Здесь, в сущности, та же истинная Великороссия, что в Сарове в 1903 г. Царственные Узники здесь часто вспоминали тот Саров, преп. Серафима, имели его икону, молились ему. Как и святителю Иоанну (Максимовичу) Тобольскому, прославленному согласно Царскому указу в 1916 г.! Его святые мощи покоились в Тобольском соборе, куда Царскую Семью не пускали. К немалому удивлению Узников, архиепископом Тобольским на то время оказался владыка Гермоген. Тот самый, что боролся с Распутиным, в связи с этим допускал даже выпады против Царской Семьи, Синода, за что по изволению Государя был удалён из Петербурга. Теперь, в 1917 — начале 1918 г.г., в Тобольске, владыка Гермоген, многое переосмысливший, стал первым другом и тёплым молитвенником Царственных страстотерпцев! В апреле 1918 г.

произошло следующее. В связи с полученным благословением Св. Патриарха Тихона устроить по всей России крестные ходы с молитвами о спасении Отечества, стали готовить такой ход и верующие Тобольска. Местные большевики запретили крестный ход. пригрозив Гермогену арестом. Об этом все узнали и в назначенный день сойдясь на архиерейское богослужение, с волнением ждали, как поступит Гермоген. Служба кончилась. И вот —■ земля загудела от звона колоколов и владыка с духовенством пошли на крестный ход. За ними — весь народ! С пением «Спаси. Господи, люди твоя...» дошли до того места стены Тобольского Кремля (на возвышенности) откуда был хорошо виден губернаторский дом, расположенный ниже, в окнах его видны были Их Величества и Августейшие Дети. Начали служить молебен. В конце Гермоген подошёл к самому краю стены и, возвышаясь как бы над всем городом, большим деревянным крестом, высоко его поднимая, осенил губернаторский дом, благословив Царскую Семью! 20 апреля Владыку арестовали. В тюрьме он написал трогательное письмо Их Величествам, прося прощения за прошлое и называя их «многострадальным Святым семейством». 16 июня 1918 г., после истязаний и издевательств, большевики привязали на шею владыке Гермогену двухпудовый камень и утонили в р. Туре (с борта парохода «Петроград» против села Покровского — родины Г.Е. Распутина, где стоял и его дом). Вот так поступала, так вела себя и так погибала в те дни Русь Святая, Великороссия подлинная — подавляющее большинство (!) Русского Народа. И не только в Тобольске, а в самых разных (во всех!) местах России.

Это видели, чувствовали, об этом узнавали Царственные страстотерпцы и это придавало им сил и надежды.

Об общем состоянии их Государыня свидетельствует: «Он (Император) прямо поразителен —такая крепость духа, хотя безконечно страдает за страну, но поражаюсь, глядя на Него. Все остальные Члены Семьи — такие храбрые и хорошие и никогда не жалуются — такие, как бы Господь и наш друг хотели бы. Маленький (Алексей Николаевич) — ангел».

Никто из них, действительно, не жаловался. От Царской Семьи не изошло ни одного слова протеста, или жалобы на свое положение, или просьбы о пощаде, или призыва к своей или лйровой «общественности» спасти себя или далее Россию. Ни одного!

Все они верили, точней — очень хотели верить (!), что Смута ненадолго, что Господь избавит от неё Россию. В письме 24 января 1918 г. Император писал: «Я не допускаю мысли, что те ужасы, бедствия и позор, которые окружают нас всех, продолжались долго. Я твёрдо верю,... что Господь умилосердится над Россиею и умирит страсти в конце концов». То же самое выражают в письмах постоянно и Государыня и Царские Дочери. Но Государь к приведённым словам делает такое добавление: «Да будет Его Святая Воля». Чуть позже, в годовщину своего отречения, 2 марта 1918 г. Царь записывает в дневнике: «Сколько ещё времени будет наша несчастная родина терзаема внешними и внутренними врагами? Кажется иногда, что дольше терпеть нет сил, даже не знаешь, на что надеяться, чего ждать? А всё-таки, никто, как Бог». И снова тут же добавляет: «Да будет Его Святая Воля». Что-то очень знакомое в этих добавлениях! Ну конечно же,— знаменитая

Гефсиманская молитва Спасителя, Господа Иисуса Христа в канун Крестных страданий: «Отче! О, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! Впрочем, не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 22, 42 и Мф. 26, 36-46; Мк. 14, 32-42).

Вот здесь — и весь «секрет» состояния и поведения Царя, Его Семьи в 1917—1918 г.г. и состояния и поведения всей Великороссии в те же годы и в последующие!

Осторожно начинает высказываться о будущем России и Государыня. В одном из писем 13 февраля 1918 г. она выражается даже так: «...Верим, Родина молодая перенесёт эту страшную болезнь и весь организм окрепнет, но если так (то есть крушением и бедой — прот. Л.) всё кончится, тогда через несколько лет будет новая война...» Никак не связывая это со своим подлинным пророчеством о новой войне, Царица тогда же оставляет всем во свидетельство и знак, под которым эта война потом придёт,— свастику! Она начинает помечать ею письма в Тобольске, называя это «своим знаком», затем изображает свастику в Екатеринбурге на стене комнаты, где жила Царская Семья. В личном сознании Государыни, одно время интересовавшейся «мистической» литературой, свастика — это знак счастья, счастливого избавления от бед, жизни. Не будучи углублённой в оккультизм и тем паче не будучи посвященной в масонство, она, как и многие наивные, не знает , что свастика имеет очень страшное значение. Это весьма древний знак, распространённый буквально на всех континентах в разных народах, независимо друг от друга, связанный непременно с магией и имевший разные толкования: вечного движения, солнца, жизни, счастья (удачи) и т.п. Но не случайно свастика была одним из излюбленных символов диавольских культов, в том числе — еврейской Каббалы, откуда она перекочевала в масонство и стала одним из символов Временного Правительства 1917 г., изображавшего её на некоторых денежных купюрах. Дело в том, что прямое, визуальное, значение свастики — это нарочито переломанный во всех четырёх концах крест (а иногда, как у «временных», а потом и у фашистов,— опрокинутый на бок). Это символ ненависти диавола ко Кресту Христову (о Кресте диавол знал, естественно, гораздо раньше, чем могли знать люди) и поэтому символ борьбы со Христом, символ антихристианства. Как сознательно антихристианская сатанинская ветвь масонства, германский фашизм избрал свастику своей главной эмблемой. Для немецких «профанов» она трактовалась как древний арийский знак (так же трактуется она теперь и некоторыми русскими горе-патриотами). Всего этого Государыня не знала. Но знал Господь, тайноводивший её. По Его смотрению Царица и показала, под каким знаком придёт возмездие за Цареубийство на большевицкий СССР в «новой войне». И на её первую родину — Германию тоже! Ибо эта «новая война» разорит и её и на полвека разделит немецкий народ пополам...

Но тогда, в 1918 г. Царская Семья ещё надеялась, что всё может кончится хорошо и с Россией, и с ними. Надежда, как мы видим, не была слепой и всецелой. Она чередовалась с сомнениями, сопровождалась и предположениями самого худшего. Поначалу Царственные узники были почти уверены, что их отправят в Англию, «к своим», как выражалась Государыня. Временное Правительство, действительно обсуждало этот вопрос с англичанами. Но Царская Семья, кажется, при жизни, так и не узнала, что «свои» её предали. «Свои» — это прежде всего

король Англии Георг V-й. двоюродный брат (кузен) Государя Николая II, с которым они, как две капли воды, были похожи (на общих фотографиях их почти нельзя различить), который часто пользовался широким и искренним гостеприимством Царской Семьи в России, делившей с ним трапезу и воздававшей ему должные почести и родственную любовь. А. Керенский и английский премьер-министр Ллойд Джордж, и министр иностранных дел лорд А. Баль-фур, и даже заговорщик — посол Бьюкенен (!) полагали возможным и достойным выходом из положения перемещение Царской Семьи в Англию и уже хлопотали в этом направлении. Каково же было их удивление, когда, они натолкнулись на противодействия ... английского короля! Рядом письменных указаний он запретил приезд своего свергнутого родственника с Семьёй в Англию. «Из всего, что он (Георг) слышит и читает в прессе, явствует, что пребывание в стране (Англии) бывшего императора и его супруги вызвало бы серьёзное недовольство общественности и скомпрометировало бы короля и королеву», говорилось в последнем из «указаний». Если поверить Георгу V-му, что его в самом деле пугало «недовольство общественности», то и в таком случае его действия достаточно подлы. Но не в этом было дело. Масон высокой посвящённости Георг V сознательно предавал своего кузена с семьёй на злодейское убийство, т.к. к этому они были приговорены тайным «братством», которому служил и которого не мог ослушаться английский король.

Почти одновременно с известиями о Брестском мире, пришедшими к Царской Семье 19 марта 1918г., которые она встретила с возмущением и великой скорбью, пришли и слухи о том, будто Германия требует, чтобы Царская Семья была передана ей «целой и невредимой». Государь воскликнул: «Если это не предпринято для того, чтобы Меня дискредитировать, то это оскорбление для меня!» А Государыня тихо сказала: «После того, что они сделали с Государем, я предпочитаю умереть в России, нежели быть спасённою немцами»,— свидетельствует П. Жильяр.

Была ещё одна надежда на освобождение силами отечественных монархистов. Однако все попытки нескольких созданных для этой цели организаций и отдельных преданных офицеров потерпели неудачу, в основном из-за провокаторов и обманщиков. Но вот в середине марта, примерно с 16 по 25-е число (ст. ст.) сложилась обстановка исключительно удобная для побега Царской Семьи. Боль-шевицки настроенные солдаты охраны сместили комиссара Временного Правительства Панкратова, а новый комиссар от большевиков ещё не прибыл. «Было бы легко,— пишет Жильяр,— при соучастии полковника Кобылинско-го (начальника караула), заранее склонённого в нашу пользу, обмануть наглый и в то же время небрежный надзор наших стражей. Было бы достаточно нескольких энергичных людей, которые действовали бы снаружи по определённому плану и решительно». Судя по всему, такие люди были, и с ними тайно связывались Долгоруков, Татищев, Жильяр. Ибо последний продолжает свою дневниковую запись 17 марта так: «Мы неоднократно (!) настаивали перед Государем, чтобы держаться наготове на случай всяких возможностей. Он ставит два условия, которые сильно осложняют дело: он не допускает ни того, чтобы Семья была разлучена, ни того, чтобы мы покинули территорию Российской Империи». Пока шли обсуждения этих «осложняющих» условий,

во время чего Царица и Дочери с местным диаконом овладевали искусством церковного пения и вся Семья готовилась к Причастию, 26 марта появились уже отряды красногвардейцев и, по словам Жильяра, была «отнята последняя возможность побега».

Итак, Государь и Его Семья принципиально не были против побега (тем паче, что их уже тяготила «жгучая тревога, растущая со дня на день»), но не любой ценой, не так, чтобы только спасти жизнь во что бы то ни стало! Они и здесь положили всё на волю Божию и предпочли более готовиться ко Святому Причащению в грядущую первую субботу Великого поста, чем лихорадочно суетиться о своём побеге... Господь исполнил желание их сердец: 23 марта в Чистую субботу они причастились. Вот ещё один, пожалуй, самый яркий по отчётливости и наглядности образчик духовного выбора Русского Царя и его Семьи в самый решающий момент, когда речь шла буквально — о личной жизни и смерти] Они выбрали жизнь, но — какую? Вечную! Приобщившись ей через таинство принятия Тела и Крови Иисуса Христа. И лишились последней возможности спасти жизнь земную, временную...

С такой духовной высоты особенно отчётливо виделась сущность всего происходящего. Выражая мнение всей Семьи, Царица писала 29 мая 1917 г. : «Как тяжело читать газеты... Где мы? Куда дошли?.. Сколько гадостей о Нём (Государе) пишут: слабоумие и т. д.... Всё хорошее забыто. Когда про Меня гадости пишут — пускай, это давно начали травить. Мне всё равно теперь, а что Его оклеветали, грязь бросают на Помазанника Божия, это чересчур тяжело. Многострадальный Иов. Лишь Господь его ценит и наградит за Его кротость. Как сильно внутри страдает, видя разруху. Это никто не видит. Разве будет другим показывать, что внутри делается, ведь страшно свою Родину любит... В людей, Вы знаете, я почти не верю, но зато всем существом — в Бога и всё, что случится, не отнимет эту веру. Не понимаю, но знаю, что Он (Бог)...всё к лучшему творит. Люди стали всё хуже и хуже. Содом и Гоморра в столице, а на фронте?.. Мало лучше в городах, за это — наказание и много из тех уже пострадали. Все, которые из хороших, но глупых и смешных всё ругали и осуждали, видят, какую кашу заварили, а теперь боятся, что крестьяне всё у них отнимают, что кажется им несправедливо... потому что сильно больно. Для души это полезно». Как видим речь идёт о российском дворянстве. Императрица без всякого злорадства видит в отнятии имений и богатств у него справедливое и полезное для души дворян последствие смехотворной глупости этого в целом хорошего сословия ! Прекрасное подведение исторического итога всей «оппозиционной» настроенности дворянства! В самом деле, что может быть глупее и смешнее, чем более ста лет свысока поругивать Царя и «царизм», либеральничать и сочувствовать революции, а потом обижаться, что она отнимает поместья и вообще — всё (вплоть до Родины!)... В то же время Государыня (да и все члены Царской Семьи) стараются духовно, морально поддержать всех страдающих от революции родных, близких, знакомых. Находясь сами в заточении, у порога смерти! И даже, при крайней скудности личных средств и возможностей, тайком от охраны, некоторым оказывают и чисто материальную помощь продуктами и деньгами!

Молодому верному офицеру корнету СВ. Маркову, жаждущему сражаться за Царя и Отечество, Государыня советует думать о... Царстве Небесном: «Впереди есть Свет и радость, тишина и награда за все страдания и мучения... Помните жизнь и страдания Спасителя, и Ваша жизнь покажется Вам не так черна, как думали. Цель одна у нас, туда мы все стремимся, да поможем мы друг другу дорогу найти». Другому, уже немолодому боевому офицеру А.В. Сыробоярско-му, Царица говорит: «Полезны тяжёлые испытания, они готовят нас к другой жизни, в далёкий путь. ... Очень много Евангелие и Библию читаю. И каждый раз находишь новое и лучше понимаешь. У меня много таких хороших книг, всегда выписываю из них. Там никакой фальши. Вы когда-нибудь читали письма Иоанна Златоуста диакониссе Олимпиаде?... Такая глубина в них...». Таковы, между прочим, настоящие русские офицеры и настоящая русская Царица!

В заточении вся Царская Семья с особым вниманием читает духовные книги и прилежит к духовно-молитвенному подвигу. Государь для себя читает углублённо Ветхий Завет, жития святых (св. Николая Мирликийского), творения св. отцов Церкви. Почти то же — Царица и Дети. Государыне особенно по душе сочинения Григория Нисского, Аввы Дорофея, Серафима Саровского, Иоанна Златоуста. Сохранились духовные книги, бывшие в Царской Семье в заточении, до самой кончины в Екатеринбурге. Вот их перечень: Библия, «Лествица» Иоанна Лествичника, «О терпении скорбей» — учение св. отцов; «Молитвослов», «Правило ко святому Причащению», «Благодеяния Богоматери человеческому роду через Её святые иконы», «Часослов», «Письма о христианской жизни», «Житие Симеона Верхотурского», «Житие преп. Серафима Саровского», «Акафист Богородице», «Двенадцать Евангелий», «Моя жизнь во Христе» Иоанна Кронштадтского, «Утешение в смерти близких сердцу», «Сборник благоговейных чтений на все дни года» Валуева, «Беседы о страданиях Филарета (Милостивого)», «Канон Великий Андрея Критского», «Сборник служб, молитв и песнопений». Это то, с чем Узники не расставались, возили с собой.

Молитвенно-духовный подвиг Членов Царской Семьи, конечно, большей частью остаётся для нас тайной. Но из нескольких беглых замечаний Государыни в письмах видно, что она начала заниматься высшей духовной «наукой»— деланием по чёткам молитвы Иисусовой — «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную». Иногда добавлялось: «— и спаси Россию!» (письма 23 января и 19 марта 1918 г.) Сомкнулея некий таинственный круг!'То, что было исстари сокровенным, потаённым как бы «сердцем» или самым центром духовного делания Святой Руси, то, на что некоторые Российские Самодержцы XVIII в. замахнулись с целью уничтожить, что потом, в конце XVIII — начале XIX столетий привело к новому подъёму, подлинному возрождению Великороссии — дивная наука «умно-сердечной молитвы», становится предметом делания Российской Императрицы чисто западного немецко-английского, по крови, происхождения! Что же это?! Это то, что в лице Государыни Александры Фёдоровны «тёмный Запад» в одном из лучших своих проявлений просветляется Русским Святоотеческим Православием! И в то как раз время, когда западники — русские, по крови, окончательно отпадают от него! Дивна дела Твоя, Господи! Вся премудростию сотворил еси!

Предсмертные слова Иоанна Златоуста: «Слава Богу за всё!» начинают всё чаще повторяться в разных вариантах, всеми Членами Царской Семьи. Всё чаше их духовный взор обращается к ожиданию неминуемого исхода из этой жизни. Даже у самого младшего — Цесаревича Алексея Николаевича вырывается: «Если будут убивать, только бы не мучили». Великая княжна Ольга Николаевна, а затем и Государыня 11 января 1918г. переписывают теперь уже знаменитое стихотворение поэта С.С. Бехтеева «Молитва» (которое одно время приписывалось перу самой Ольги Николаевны):

«Пошли нам, Господи, терпенье В годину буйных мрачных дней Сносить народное гоненье И пытки наших палачей... И у преддверия могилы Вдохни в уста Твоих рабов Нечеловеческие силы Молиться кротко за врагов».

Эти строки точно соответствовали настроению всех Членов Царской Семьи. Мысль о радости Царства Небесного и утешении там за все скорби, одновременно с помыслом о страданиях Христа Спасителя и Его победном Воскресении из мертвых постоянно встречается в письмах Царицы и Царевен, становится всё более сильной, живой, что говорит об искренней устремлённости сердец. Эта устремлённость, наконец, достигает такой духовной высоты, какая может быть свойственна только святым\ 2 марта 1918 г. Государыня пишет: «...Жизнь — суета, все(\) готовимся в Царство Небесное. Тогда ничего страшного нет. Всё можно у человека отнять, но душу никто не может, хотя диавол (стережёт) человека на каждом шагу, хитрый он, но мы должны крепко бороться против него: он лучше нас знает наши слабости и пользуется этим. Но наше дело быть настороже, не спать, а воевать. Вся жизнь — борьба, а то не было бы подвига и награды. ... Делают люди тебе зло, а ты принимай без ропота. Он (Бог) пошлёт ангела, утешителя Своего. Никогда мы не одни, Он Вездесущий-Всезнающий-Сам любовь. Как же Ему не верить. Солнце ярко светит. Хотя Mip грешит, и мы грешим, тьма и зло царствуют, но солнце правды воссияет, только глаза открывать, двери сердца держать отпертыми, чтобы лучи того солнца в себя принимать. Ведь мы Его любим... и знаем, что «так и надо»... Школа великая. Господи, помоги тем, кто не вмещает любви Божией в ожесточённых сердцах, которые видят только всё плохое — н не стараются понять, что пройдёт всё это; не может быть иначе. Спаситель пришёл, показал нам пример. Кто по Его пути, следом любви и страдания идёт, попинает всё величие Царства Небесного». 20-го марта у неё вырывается из самой глубины души: «Дух свободен. Господь ему хозяин; душа так полна, так живо трепещет от близости Бога, который невидимо окружает Своим присутствием. Как будто все угодники Божий особенно близки, и незримо готовят душу к встрече Спасителя Mipa. Жених грядет, приготовимся Его встречать: отбросим грязные одежды и мiрскую пыль, очистим тело и душу. Подальше от суеты — всё суета в Mipe. Откроем двери души для

принятия Жениха...» Примерно в те же дни Царевна Ольга Николаевна через одного верного монархиста передала по просьбе Государя записку для всех остальных, где, в частности, говорилось: «Отец просит передать всем тем, кто Ему остался предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они немстили за Него, так как Он всех простил и за всех молится, и чтобы не мстили за себя, и чтобы помнили, что зло, которое сейчас в Mipe, будет ещё сильнее, но что не зло победит зло, а только любовь...» (выделено везде нами — прот. Л).

Эти слова — духовное завещание Царя Мученика всем настоящим русским, даже до сего дня.

Тем временем, по сведениям Троцкого, полученным им от Свердлова, Ленин настаивал на убийстве Царской Семьи. Янкель Мовшевич Свердлов разрабатывал план этого злодеяния со своим другом Шаей Исааковичем Голощё-киным — военным комиссаром и главой ЧК Уральской области. К делу, естественно, были привлечены другие местные большевицкие начальники — Янкель Изидорович Вайсбарт (Белобородое), пред. исполкома Уралсовета; Александр Мебиус — нач. рев. штаба; Янкель Хаимович Юровский — комиссар юстиции и член ЧК; Пинхус Лазаревич Вайнер (он же — Пётр Войков), будущий дипломат, застреленный в Варшаве русским патриотом Б.Ковердой в 1925 г.) — комиссар снабжения Уральской обл. (и также помощник Юровского) и Сафаров, второй помощник того же чекиста. Царская Семья уже в полном составе находилась в Екатеринбурге в бывшем доме инженера-предпринимателя Ипатьева («Дом особого назначения»). Потом постоянно будет отмечаться, что Династия Романовых, начавшая правление Россией с Ипатьевского монастыря, закончила — в подвале Ипатьевского дома... Вместе с Царственными узниками в этом доме были оставлены из всей многочисленной свиты и прислуги только лейб-медик (генерал) доктор Евгений Сергеевич Боткин, комнатная девушка Царицы Анна Степановна Демидова, лакей Алексей Егорович Трупп и повар Иван Михайлович Харитонов. Перед этим в Екатеринбурге от Царской Семьи были взяты и в разное время того же 1918г. расстреляны генерал-адъютант Илья Леонидович Татищев, предок коего В.Н. Тати-шев основал в 1721 году г. Екатерининск, переименованный затем в Екатеринбург (| около 7 мая), гофмаршал князь Василий Александрович Долгоруков (апрель 1918), графиня Анастасия Васильевна Гендрикова и гофлектриса (учительница русского языка Государыни) Екатерина Адольфовна Шнейдер (убиты обе возле Перми 22 августа). С ними вместе на расстрел вели камердинера Царицы А.А. Волкова, но в последний момент ему удалось бежать. 1 июня были убиты также два балтийских матроса императорской яхты «Штандарт» — Климентий Григорьевич Нагорный («дядька» Наследника) и Иван Дмитриевич Седнев (лакей Великих Княжён). Остальным верным слугам и друзьям, добровольно последовавшим в заточение с Царской Семьёй, среди которых—доктор В.Н. Деревенко с семьёй (его сын Коля — ровесник Цесаревича был другом и собеседником последнего), Т.И. Чемодуров (камердинер Государя), Мария Густавовна Тутельберг (камер-юнгфера Государыни), поварской ученик Лёня Седнев (племянник Седнева), А.А. Теглева (няня Царских детей), Терехов (кухонный служитель),— случайно, то есть чудом Божиим удалось остаться в живых. Так же спаслись, как уже говорилось, иностранцы Пьер

Жильяр и Сидней Гиббс. Последний, принимая много лет спустя монашество в лоне Русской Зарубежной Церкви, получил имя Алексий — в честь своего святого ученика — Цесаревича Алексея... Ещё в Тобольске Царская Семья была вынуждена из-за скудности средств, уволить десять человек верной прислуги, которые также остались живы.

1/14 июля 1918 г. в «доме особого назначения», по просьбе Государя, разрешили послужить обедницу (домашней церкви не было и литургия не могла быть совершена). Служить пришли протоиерей Екатерининского собора о. Иоанн Сторожев и диакон Буймиров, ранее уже служившие такую же службу здесь. Впервые Царственные узники не пели за богослужением, но молились молча, словно предчувствуя что-то. По чину обедницы в положенном месте нужно было прочитать: «Со святыми упокой...» Диакон по ошибке запел это песнопение. Отец Иоанн, решил его не перебивать, чтобы не портить службу, и тоже стал петь. В этот момент они увидели, как вся Царская Семья опустилась на колени, как бы принимая погребальное напутствие.

В тот же самый день 1/14 числа из Москвы вернулся Шая Голощёкин, привезший инструкции Свердлова, согласованные с Лениным. В тот же день, точней — в ночь состоялось тайное собрание руководителей убийства, выработавшее «Протокол», помеченный грифом «Весьма секретно». В нём говорилось, что «собрание единогласно постановило ликвидировать бывшего Царя Николая Романова и его семью, а также находящихся при ней служащих. ... Привести настоящее решение в исполнение не позднее 18 июля 1918 г., причём ответственность за исполнение поручить тов. Юровскому — члену Чрезвычайной Комиссии». О причинах и мотивах ничего не говорится. Протокол подписан Белобородо-вым, Голощёкиным и Мебиусом. Он лжив, как и всё, что делали большевики. Этот «Протокол» отпечатан на бланке Президиума Уральского областного Совета рабочих и солдатских депутатов, но содержит решение собрания Исполкома коммунистической партии Урала и Военно-революционного комитета, т.е. к Совету не имеет отношения, кроме того, что в собрании участвует его Председатель Белобородов-Вайсбарт. Уралсовет и даже его президиум ничего не знали.

Как уже говорилось, караул обычных красногвардейцев был удалён. Отряд рабочих, также несших здесь охрану, был выведен из дома и поставлен в наружное оцепление. В дом Ипатьева были введены три члена местной ЧК — С. Ваганов, П. Медведев, Никулин, а также семь человек из «интернационального» полка, состоявшего в основном из примкнувших к революции бывших военнопленных венгров из австрийской армии. Этими венграми были: Горват (или Хорват) Лаонс, Анзельм Фишер, Изидор Эдельштейн, Эмиль Фекете, Имре Надь, Виктор Гринфельд и Андреас Вергази. Собственно, венгров здесь, как видим, пожалуй, только четыре. Всем этим соединённым подразделением из 10 человек командовал 11-й — Юровский.

2/15 июля всё шло, в общем, как всегда. Приходили четыре женшины-уборшицы мыть полы и Великие Княжны помогали им, двигая мебель и весело разговаривая между собой.

3/16 июля был тоже обычным днём. Государь и дети немного погуляли во дворе. Вечером легли спать. Сразу после полуночи Юровский разбудил всех Членов Царской Семьи и их спутников и сказал, что в связи с приближением белых войск (Колчака) ему приказано перевести Семью в «безопасное место». Все встали, умылись, оделись. После чего Юровский с Никулиным и Медведевым появились на 2-м этаже дома, где находилась Царская Семья и повели её вниз, к выходу. У выхода Юровский вдруг свернул в боковую, полуподвальную комнату, куда предложил войти всем, якобы для того, чтобы подождать пока подадут автомобили. Царская Семья была спокойна. Царь нёс на руках своего сына, т.к. пред тем у него был ушиб и в очередной раз мучили боли, связанные с его болезнью. Государыня чувствовала себя тоже неважно из-за болезни сердца. Государь попросил три стула. Их принесли. На один села Государыня, на другие сели Государь и Алексей Николаевич, которого отец обнимал рукой. Снаружи раздался рокот автомобильного мотора (грузовика «фиат»). Так в этой небольшой глухой комнате оказались Государь Император, Государыня Императрица, Наследник Цесаревич, Царские дочери Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия, а также их верные слуги: Боткин, Демидова, Харитонов, Трупп. Всего 11 человек. Убийц было тоже 11.

В 1 час 15 минут ночи на 17-е июля (по н. ст.) 1918 г. Юровский с прочими вошёл внутрь комнаты и приблизился к Государю. Достав из кармана какую-то бумажку (возможно копию того самого «Протокола»), он сказал, что все узники должны быть расстреляны. Царь успел встать, изумлённо произнести: «Что, что?!» и сделать движение к Юровскому. Государыня и одна из дочерей успели перекреститься — и тут началась стрельба из наганов в упор!.. Юровский лично застрелил Царя и Наследника. За две-три минуты были сделаны около 70-ти выстрелов. Комната наполнилась пороховым дымом. Но сразу не все умерли. Стонала Анастасия Николаевна, её докололи штыками, металась, защищаясь подушками А. Демидова, её тоже кололи штыками сквозь подушки, и кровавый пух, смешавшись с дымом, заполнил всё... Была убита и собачка В.К. Анастасии «Джимми». Кровь обильно текла по полу, образуя лужи. В этот момент подъехали Голощёкин, Белобородое, Войков и Мебиус. Юровский с Войковым в лужах крови, занялись тщательным осмотром убитых, с которых тут же снимали драгоценности (цепочки с крестиками, кольца, браслеты, серьги). Затем тела погрузили на «Фиат» и повезли ночью за 15 вёрст от Екатеринбурга к Исетским заводам в урочище «Четырёх братьев», что близ деревни Коптяки, к заброшенным шахтам, известным под именем «Ганина яма». Там несколько тел расчленили и пытались сжечь огнём и заранее заготовленной серной кислотой. Остатки сбрасывали в шахту, куда потом летели гранаты. Был день памяти св. благоверного Князя Андрея Бого-любского, первого собственно Великорусского Самодержца, принявшего мученическую смерть от рук заговорщиков...

Указанные и многие другие детали злодейства были установлены белыми после взятия ими Екатеринбурга 12/25 июля 1918 г. Особенно тщательным было расследование следователя по особым поручениям Н.А. Соколова под общим руководством генерала М.К. Дитерихса. В наши дни к этому добавились

ещё немаловажные детали. Были как будто обнаружены останки Государя, Государыни и трёх дочерей, их не сожгли, а захоронили под дорогой на Коптяки. Сама история этого обнаружения во многом загадочна, детали её противоречивы, как и вновь найденные свидетельства очевидцев, во всём этом специалисты ещё долго будут разбираться. Но появились основания думать, что головы Членов Царской Семьи (по крайней мере — Царя и Царицы) были тогда же отделены от мёртвых тел и привезены в Москву. Затем, превращенные в черепа, они до 1987 г. хранились в каких-то тайниках ЦК КПСС и были подложены к обнаруженным под полотном дороги останкам. Для чего могли быть нужны коммунистам эти головы? Для удостоверения Ленину и Свердлову в совершении убийства? Допустим. Но зачем потом нужно было хранить черепа? Некоторые не без оснований полагают, что — для ритуально-магических действий (в частности — предсказаний). Мы ещё не всё знаем о том, что такое КПСС. Как бы там ни было, а новые данные ещё раз подтвердили главное: все Члены Царской Семьи были убиты в ту ночь с 16 на 17 июля 1918 г.

Это приходится подчеркнуть в связи с тем, что и тогда, и теперь возникали и возникают легенды и мифы, оформленные иногда под некую «документальность», о том, что Царская Семья или вообще не была расстреляна, и тайно вывезена за границу (или даже—в Сухуми!) или, что был расстрелян один Государь, а остальных вывезли... Иногда эти сказки имеют добрую подоплёку (простым людям не хочется верить, что Царя и Семью его убили), а чаще — это злонамеренные провокационные сведения, чтобы сбить с толку дело о престолонаследии и создать почву для самозванчества. Самозванцы уже и были. Была некая Чайковская, выдавшая себя за В.К. Анастасию Николаевну, был некий Голеневский («чудом спасшийся Цесаревич Алексей»), ныне живет в Мадриде человек, утверждающий, не моргая глазами, что он — сын одной из Великих Княжён, т.к. расстрелян был-де один лишь Царь, а Царица и Дети спокойно жили за границей до самой старости... Все эти и подобные басни давно и основательно, по деталям, опровергнуты и разоблачены исследователями-знатоками дела. Мы добавим от себя только одно соображение. Нужно знать (хотя бы по документам, по письмам) сильный взрывной характер Государыни, очень живые, деятельные и безстрашные характеры Великих Княжён Ольги и Татьяны (да и Марии с Анастасией тоже!), чтобы с совершенной и полной уверенностью утверждать, что ни в России, ни тем более за границей, они никогда не стали бы жить «тихо», лишь бы жить, то есть влачить в безвестности дни своего земного существования лишь бы как-нибудь довлачить их до «естественного конца»...

Самозванчество и различные сказки о «чудесном спасении» отчасти были обусловлены большевицкой ложью. Ибо, получив по телеграфу точные данные о расстреле Царской Семьи, Свердлов, тем не менее, выступил тогда же с сообщением, что расстрелян только Царь, а Семья его отправлена в «безопасное место». Врали не только народу, Mipy, врали своей же партии! Потом признали: убита вся Семья, но это сделали какие-то эсеры, вопреки правительству (было даже показное судилище над этими «эсерами»). Лишь утвердившись у власти, сознались полностью: расстреляли всех по приговору и решению советской власти на Урале. Но и тут соврали! Уралсовет только 18 июля, «задним числом» (поставленный перед свершившимся фактом) принял фальшивое «постановление» о

ликвидации Царя и его Семьи якобы по причине приближения белых. Причина совершенно лживая, т.к. Царственных Узников вполне могли бы отправить куда-нибудь в центр при приближении Колчака к Екатеринбургу. Большевикам уже нельзя было верить ни в чём. Книга Р. Вильтона об убийстве Царской Семьи вышла только в 1920 г., книги Соколова и Дитерихса — ещё позднее, в 1922 г. Но и им не хотели верить, да и не все могли прочитать эти книги...

На стене комнаты, где произошло злодеяние, была обнаружена надпись на немецком языке — строчка из поэта-еврея Гейне: «В эту ночь Балтазар был убит своими слугами». А на подоконнике, прямо против места, где стоял в последние секунды Государь, чернилами были сделаны каббалистические надписи: «1918 года»: «148467878р»; «87888». Кроме того, на стене, на обоях была сделана и ещё одна загадочная надпись, состоящая из четырёх знаков, начертанных размашисто, как бы бегло и наспех, и напоминающих буквы древних алфавитов. Нам она напоминает почему-то слово «Иисус», как если бы его спешным росчерком именно набросать, «черкнуть» на стене, но мы не настаиваем на верности этого впечатления. Этим знакам — буквам дают более сложные и, возможно, обоснованные толкования. Полагают, что это буквы древнееврейского, самаритянского и греческого алфавитов, употреблявшиеся некогда «иллюминатами» и иными посвященными в еврейскую Каббалу и тайные «науки», и означают они духовное «сердце» («Главу»), «Главу» народную и «Главу» политическую. Две приведённые цифровые надписи, по толкованию знатока оккультных (тайных) символов француза Энеля, означают: «Здесь, по приказу тайных сил, Царь был принесён в жертву для разрушения Государства. О сем извещаются все народы». Надписи эти приписываются неизвестному, приехавшему после убийства из Москвы человеку «с чёрной, как смоль, бородой», судя по всему, очень высокопоставленному. Сомнений быть не может в одном: всё это написал кто-то из высоко (глубоко) «посвященных» в глубины сатанинской религии и церкви. Значит, убийство было не только и не просто политическим, оно было ритуальным, как это и предусматривалось изображением на известной нам картинке 1912 г..

Через день, 18 июля, в праздник преп. Сергия Радонежского, в г. Алапаевске на Урале (140 км к северу от Екатеринбурга) было совершено другое злодейское убийство Членов Императорской фамилии. Здесь в 12 верстах от города сначала выстрелом из револьвера в голову был убит Великий Князь Сергей Михайлович, а затем живыми брошены в шахту «Нижняя Селимская» Великая Княгиня Елизавета Фёдоровна (сестра Императрицы), Князь Иоанн Константинович, собиравшийся стать священником (его жена, Сербская королевна Елена Петровна, лишь случайно осталась в живых), Князья Константин Константинович, Игорь Константинович, Владимир Павлович) Палей (поэт), келейница Елизаветы Фёдоровны монахиня Варвара, Фёдор Михайлович Ремез (управляющий делами Сергея Михайловича). Туда же сбросили труп убитого Великого Князя и всех сверху забросали гранатами. Но не все сразу погибли. Великая Княгиня Елизавета Фёдоровна делала перевязку раненому Иоанну Константиновичу, долго пела церковные песнопения и это дивное пение из-под земли слышали местные крестьяне...

До этого 31 мая/13 июня в Перми, точнее — тоже под Пермью, был убит Великий Князь Михаил Александрович, брат Государя, получивший от него

Престол Государства Российского. С ним погиб и его верный секретарь англичанин Н.Н. Джонсон. 14/29 января 1919 г. в Петрограде в Петропавловской крепости были расстреляны другие Члены Императорской Фамилии, оказавшиеся в руках большевиков: Великие Князья Павел Александрович, Дмитрий Константинович, Николай Михайлович и Георгий Михайлович. Их убили, как «заложников» за убийство в Германии (!) «вождей немецкой революции» евреев К. Либкнехта и Розы Люксембург (Гольдман).

Иным Членам Царского Дома и их родственникам удалось выехать за границу. В их числе были Августейшая Мать Государя Николая II Мария Фёдоровна (она, как принцесса Датская вернулась в Королевский Дом Дании), Великий Князь Николай Николаевич Младший, Великий Князь Кирилл Владимирович с семьёй (у него в Финляндии 30 августа 1917 г. родился сын — Великий Князь Владимир Кириллович; все затем переехали во Францию). Основные Лица Императорской Фамилии, имевшие законное право на престолонаследие, были уничтожены. Такое право сохранилось только за той «веточкой» Дома Романовых, что была представлена Кириллом Владимировичем.

«Революцию в белых перчатках не делают»,— любил говорить Ленин. Какие уж тут перчатки, тем паче — белые! Революцию делали так.

В ноябре 1917 г. в Царском Селе зверски замучили протоиерея Иоанна Кочу-рова за то, что попытался словом призвать вооружённых революционеров не злодействовать. 84-х летнего старца протоиерея Петра Скипетрова 1 февраля 1918г. застрелили в упор на паперти собора Александро-Невской Лавры в Петрограде за то, что с крестом в руках пытался удержать отряд большевиков, ломившийся в храм. 15 февраля того же года в Туле расстреляли крестный ход (!) — 13 убитых, епископ ранен (впоследствии погиб). В апреле 1918г. священника Иоанна Краснова сожгли живьём в пароходной топке близ станицы Должанской на Кубани за то, что — «поп». Там же в станице Незамаевской в Пасхальную ночь 1918 г. священнику Иоанну Пригоровскому выкололи глаза, отрезали уши и язык и ещё живого закопали в навозной яме. В том же 1918 г. в Харькове оскальпировали, а затем обезглавили 75-летнего архимандрита Родиона. В том же Харькове в те же дни священника Гавриила Маковского зарубили шашкой за то, что порицал злодеяния. Его жена пришла просить выдать ей тело погибшего; ей перерубили руки и ноги, искололи грудь, потом убили. Одного священника связали вместе с сыном и обварили паром пароходного котла, затем сожгли в топке. На глазах у другого сперва изнасиловали его жену, потом обоих убили. Архимандрита Вениамина сожгли в его избе близ Архангельска. В Петрограде «крестили» группу монахов, утопив в проруби на Неве. Там же живьём закопали на Смоленском кладбище 40 священников, «в честь» 40 мучеников Севастийских (один из особо почитаемых в народе праздников). Одному священнику сказали: «Ты людей причащал,— и мы тебя причастим»,— и застрелили в рот. В том же 1918г. Митрополита Киевского Владимира (Богоявленского) вывели за ограду Печерской Лавры и застрелили. Епископа Гермогена Тобольского, как мы уже знаем, утопили. Так же утопили епископа Феофана (Ильинского), расстреляли епископа Ефрема Селенгинского. Одного замучили на глазах у его детей, у другого на глазах убили его детей... Третьего распяли, прибив гвоздями к Царским вратам в церкви. Особенно любили обтягивать

голову жертвы дратвой и с помощью палки закручивать дратву, пока не лопнет Череп... Хулиганы из «еврейской интеллигенции» громко требовали запретить Святое Причастие, как «колдовской обряд». За один только 1918 г. — тысячи и тысячи замученных и убитых; среди них — архиереи, священники, монахи, про-сфорницы, церковные певчие, уборщицы, просто верующие люди... И всё это iff объявления «красного террора» в сентябре 1918 г.

Хотя речь о Церкви и церковных делах в советский период у нас пойдёт особо, мы здесь привели примеры зверств по отношению только к «церковникам» неслучайно. Они особенно отчётливо показывают, что с самого начала боль-шевицкая (то есть еврейская) власть повела зверские расправы с беззащитным И не сопротивляющимся Русским народом, прежде всего, с самым главным в нём —с Православной Церковью. А ведь зима-весна 1918 г. — это тот период времени, который Ленин назвал «триумфальным шествием советской власти». Почему, в самом деле, это шествие, то есть учреждение органов сов. власти по городам и сёлам России, было «триумфальным»? Потому, что «новой власти» к сопротивлялись, не учреждали никаких других органов другой власти. Но уж отнюдь не потому, что сов. власть любили и хотели её установления! Казнимые без всяких причин и без суда нередко благословляли своих убийц и молились за них. Так, большевицкая молодёжь в одном месте ворвалась в дом иеромонаха. Его били, глумились над ним, потом, повалив на пол, стали прыгать на нём иотбили все внутренности. Умирая через день, он всё повторял: «Господи, прости ребяток тех!» В ином месте взяли группу девиц-инокинь и повезли на расстрел, избивая по дороге плетьми. А девушки только улыбались и пели духовные песни. Так и умерли с улыбкой и песней, что привело палачей в изрядное недоумение. Но сторонние свидетели потом со страхом рассказывали, что видели, как некая большая птица в виде голубя распростёрла над инокинями крылья, и удары плетей приходились по крыльям, а не по девушкам... Однажды, отряд русских красноармейцев отказался расстреливать архиерея, осенившего их благословением, пришлось вызывать отряд китайцев. Да, своих русских негодяев, которые конечно же были (!), органам ЧК все-таки не хватало! Для самых страшных злодейств использовали негодяев еврейского, польского, латышского, китайского, татарского, венгерского происхождения. В Мензелинс-«красные» вошли в женский монастырь и во время литургии с клироса взяли !.Игумению Ангелину. Она, зная о том, что ей грозит, пред этим уже пребывала В духовном веселье, а в момент ареста, сияя невыразимой радостью, простилась с сестрами и вышла из храма. Когда запели «Милость Mipa, жертву хваления», раздался залп. Матушку Игумению расстреляли у стен монастырского [собора. Та же духовная радость, как мы помним, владела сердцами Царской Семьи накануне их мученической кончины.

Так восприняла свою Голгофу и так принимала на ней смерть Русь Святая!

Глядя на неё, по её примеру, так же старалась принимать смерть и вся Велико-россия. С тою, быть может, разницей, что здесь редкие поднимались до радос-jn,aбольшей частью умирали в молитвенном молчании, просто. И нет, не слышно случаев, чтобы умирали с озлоблением, с проклятиями или руганью в адрес убийц! А когда в народе иные спрашивали: «За что такие казни и беды?!», другие отвечали просто и твёрдо: «За грехи наши». Начался Великий Исход

Святой Руси, Великой России в Небо, ко Господу, в тот Новый Иерусалим, образом которого она себя искони сознавала и который почитала вожделенной целью своего земного существования. Ныне в испытании как бы огненном, страшном, последнем, испытывалось, действительно ли всё это так? Оказалось,— да, так! Умевшая в этой жизни достойно жить, Великороссия достойно, в молитвенном молчании, а то и с радостью духовной, принимала в ней смерть, чтобы воскреснуть для жизни вечной в Царстве Небесном! В этом было главное, а вовсе не в «пассивности» или «трусости», или «корыстолюбии» Русского народа, как теперь многие думают, пытаясь объяснить, почему народ в большинстве не взялся за «дубину» и не принял участия в Гражданской войне.

Ибо явились удалые и смелые, взялись за оружие и началась Гражданская война. В ней нужно ясно различать два несовпадающих, несовместимых начала,— искренний, патриотический порыв подлинно героических простых русских офицеров и солдат и изменническое масонское руководство Белым движением. Есть прекрасная икона Новомучеников и исповедников Российских, созданная в 1981 г. недавно почившим художником Н. Папковым. В центре — изображение всех основных «ликов» Новомучеников во главе с Царской Семьёй. А по краям («ковчегу») иконы соответственно древней иконописной традиции идут «клейма» — миниатюры, изображающие разные виды казней, пыток, страданий и бед Русского народа в период большевицкого господства. В верхнем центральном «клейме» изображено столкновение «красной» и «белой» конниц (Гражданская война!). У «красных» — своё, красное знамя, а у «белых» — знамени нет! Это очень точно! Все белые хорошо знали против кого и против чего они воюют, но совершенно не знали за кого и за что! Их руководство было не монархическим, а республиканским (или не поймёшь — каким). Большевики потом говорили, что, если бы белые выдвинули лозунг «кулацкого Царя» (так сатанисты называли Царя Русского), то советская власть не продержалась бы и нескольких месяцев. В этом есть немалая доля правды. Хотя всё зависело от того, когда должен был быть выдвинут такой «лозунг». Ибо, как верно замечают некоторые, после того, как не стало Николая II, уже никто из уцелевших Членов Дома Романовых не смог бы занять в той обстановке его места (ни по личным качествам, ни но силе всеобщей народной привязанности и любви). Но всё же очень важно знать, почему белые не попытались призвать народ под знамя возрождения Православной Самодержавной Монархии, возрождения Великой России как Третьего Рима или Нового Иерусалима, как понимал его, Патриарх Никон в XVII в., и как понимал его Николай II в веке ХХ-м? Во-первых, потому, что во главе Белого движения стали или масоны-изменники, вроде генералов Алексеева и Корнилова, или, хотя и честные, талантливые патриоты, вроде адмирала Колчака и генерала Врангеля, но сильно замороченные масонской пропагандой. Вот список лишь самых видных и самых знаменитых масонов в Белом движении. Н.Д. Авксентьев, правый эсер, министр Внутренних дел в одном из «кабинетов» Керенского, затем — глава «Уфимской директории», с 1919г. — глава «Союза возрождения» в Одессе; М.В. Алексеев, генерал, хорошо нам знакомый, член «Военной ложи», глава всего Белого движения в 1918 г.;Винавер Максим Моисеевич, член ЦК партии кадетов, депутат Думы и член Временного Правительства, член масонского «Верховного совета наро-

дов России» и министр иностранных дел Крымского правительства в 1918г.; И.В. Воронович, друг Корнилова, затем — в рядах «зелёных» на Северном Кавказе; В.В. Вырубов, сподвижник Духонина; И.Н. Головин, академик Генштаба, сподвижник генерала Врангеля; Н.С. Долгополое, народный социалист, министр здравоохранения в правительстве Деникина; князь П.Д. Долгоруков, член ЦК кадетов, участник Белого движения; В.Ф. Зеелер, министр внутренних дел у Деникина; Лев Афанасьевич Кроль, член масонского Конвента (в 1916 г.), затем — член Пермского правительства белых; Соломон Самуилович Крым (он же — Нейман), кадет, член Думы, глава Крымского правительства в 1918г.; Л.Г. Корнилов, генерал, глава Добровольческой армии, погиб в 1918г.; В.И. Лебедев, одно время Морской министр Керенского, член Уфимского совещания; Е.Ф. Роговский, зам. председателя того же совещания; Марк Львович Слоним, эсер, член "Уфимской директории»; М.М. Фёдоров, кадет, член Думы, глава «Национального центра» Юга России в 1919 г.; Н.В. Чайковский, эсер, председатель белого правительства в Архангельске в 1918 г., затем — член «Уфимской директории». А за ними — великое множество масонов мелких, малоизвестных, как в числе штатских, так и в офицерском корпусе. И подобная картина, подобная компания — и у Юденича, и у Колчака, и у Деникина, и у Врангеля.

О масонах в большевицкои среде мы уже говорили. Напомним основные имена: Троцкий, Луначарский, Радек, Скворцов-Степанов, Красин, Бокий, Середа, Чичерин, Зиновьев, Каменев. Говорят, по предложению Троцкого древняя масонская пентаграмма — пятиконечная звезда, стала символом советской власти. Её можно встретить во лбу известного Бафомета — идола тамплиеров (идол изображал козла с человеческим женским торсом, сидящего на земном шаре). Пентаграмма на низших уровнях символических соответствий означает «раскрепощённого человека» и иногда изображается с вписанной в неё фигурой голого мужчины, растопырившего руки и ноги, так что особенно ясно виден фаллос. Это знак «освобождения» от послушания Божиему нравственному закону, Его заповедям — эмблема «гуманизма», революций, демократии и «прогресса» во всём Mipe. Визуально пентаграмма — это совмещённые наконечники стрел — орудия смерти. На более глубоких уровнях символики она может иметь ещё более страшные значения (так, в перевёрнутом виде — это знак диавола с рогачи). Столь же страшен смысл иной эмблемы Совдепии — серпа и молота. Для «профанов» — это знак союза рабочего класса с крестьянством. Народ живо окрестил это иначе: «Серп и молот — смерть и голод». Почти точно, ибо серп, коса, как орудия жатвы, с древности являлись символами смерти. Молоток — излюбленная масонская эмблема, имеющая много значений. Одно из них — вколачивание нужных идей в сознание «масс».

Кроме масонов — членов партии, у большевиков с самого начала подвизаются ряд масонов — бывших генералов (Поливанов, Брусилов, Маниковский, Ломоносов, Джунковский и т.д.), а также штатских деятелей Февральской революции— Н.В. Некрасов (бывший министр Временного Правительства, а при большевиках, по содействию Дзержинского, крупный деятель советской кооперации, председатель Центросоюза), М.И. Скобелев (также бывший министр, а потом пред. концессионального комитета РСФСР, он даже вступил

в партию), историк П.Е. Щёголев, (уже известный нам составитель поддельных «воспоминаний» А. Вырубовой), писатель С.Д. Мстиславский (директор советского «Дома учёных»), юрист Н.Д. Соколов (не путать с И.А. Соколовым), автор знаменитого «Приказа № 1» по армии, юрисконсульт сов. правительства, А. Мануйлов (бывший ректор МГУ, при большевиках — один из руководителей Госбанка) и т.д. Не хватает только главного «вождя», Ленина. Но вот выясняется, что одним из первых его деяний как нового правителя, явилось выделение крупной суммы денег (через Красина) на ремонт здания («храма!») «Великого Востока Франции» на ул. Каде в Париже и дальнейшая денежная поддержка этого старейшего масонского центра! Эти данные недавно опубликованы современным историком О. Платоновым, обнаружившим их в рассекречиваемых архивах.

Но есть общий список русских масонов (далеко не полный!), опубликованный признанным знатоком вопроса Н. Свитковым в 1932 г. и переизданный с изменениями и дополнениями в 1964 г. другим исследователем — В.Д. Мерже-евским. В этом списке В. И. Ульянов (Ленин) вместе — с Гучковым, Керенским, Алексеевым, Корниловым, Рузским, Троцким, Зиновьевым, Луначарским, Ря-бушинским, Терещенко, Коноваловым, царскими министрами, дипломатами, генералами, аферистами, «мокрых дел мастерами», некоторыми Рюриковичами, гедеминовичами, блестящими офицерами Лейб-гвардии Их Императорских Величеств полков и т.д. Кажется, это единственный документ, свидетельствующий о принадлежности Ленина к масонству. И хотя без этого давно было видно по самим деяниям и «духу», что Ленин является посвященным масоном-са-танистом очень высокого «градуса» (степени), его прямая принадлежность к масонству давно и тщательно скрывалась как им самим, его партией, так и иностранными масонами (не выгодно, с разных точек зрения!). В этом нет ничего странного, с масонской точки зрения. Примеры такого «отмежевания» мы уже не раз встречали (вспомнить, хотя бы П. Милюкова).

Таким образом, широкая масонская сеть была накинута и на «красных» и на «белых» одновременно! «Куда ни кинь — всюду клин!» Можно обмануть многих, но не всех. Русский Народ почувствовал, увидел как бы сердцем положение вещей и потому в большинстве не пошёл ни за красными, ни за белыми, хотя, конечно, симпатий было несравненно больше на стороне белых (всё же не «звери» и не богохульники!). Но только симпатиями всё в основном и ограничивалось, т.к. белые не могли предложить Русскому Народу главного восстановления Православного Самодержавного Царства Российского как Третьего Рима и Нового Иерусалима!

Среди белых Юденича и Колчака, Деникина и Врангеля вращались идеи и конституционной монархии, и республики. Белые идеологи и агитаторы могли предлагать народу жалкий лепет об Учредительном собрании, «воле народа», могли пользоваться более близкими сердцу, но смутными и неясными понятиями,— «Россия», «Отечество», «вера», «хорошая жизнь», но не могли точно объяснить, какую Россию, какую веру они имеют в виду. Православная Церковь у белых весьма почиталась и даже ценилась, но лишь постольку, поскольку она была как бы непременным атрибутом, принадлежностью «прежней России». Быть в послушании у Церкви белые вожди и не собирались! Скорей, она, Церковь, должна была слушаться их (по-петровски!) и быть их орудием. С таким жиденьким,

смутным (а то и мутным) духовно-идейным «зарядом» белые могли привлечь к активному участию в войне только очень немногих и немногое. Так что, взглянув налево, на «красных», посмотрев и направо, на «белых», Русский Народ духовно увидел то же, что увидел и Царь,— зло воцаряется в Mipe по Божию попущению и смотрению. Поэтому, поскольку в этих (в таких) условиях достойно (!) выжить и жить невозможно, нужно суметь достойно умереть. И Русский Народ, водимый ещё живою тогда Святою Русью, глядя на своего Царя, пошёл упирать, на Голгофу, вместе со своим Православным Царём и вслед за ним\ Поэтому вся главная надежда белых была возложена на... иностранную помощь}

До чего же всё-таки знаменательно то. что и революция, и контрреволюция в России опираются не на собственный народ, не на внутренние силы России, а на Запад, на его силы финансовые, политические (и даже — военные), тогда как власть царская три года вела Мировую войну исключительно своими силами! Помощь союзников в практическом выражении была ничтожным ручейком в сравнении с рекой потребностей!

Делая вид верности своим политическим (и масонским!) обязательствам, Антанта послала некоторое количество войск в охваченную Гражданской войной Россию. Но, как выяснилось, не для того, чтобы действительно драться и действительно общими силами свергнуть большевиков, а лишь символически, как бы только для присутствия, и на всякий случай,— не удастся ли урвать от России что-нибудь для себя... При этом Антанта (и её масонские организации) требовали от белых решительного отказа от «монархических идей», от попыток восстановить в России царскую власть! Только — нечто конституционное или прямо республиканское! Заманиваемые обещаниями военной и финансовой поддержки Антанты, белые ещё и поэтому не решились бросить «лозунг» Православия, Самодержавия, Народности! А «союзники» белых ещё и потому не воевали как следует против советской власти, что их масонские вожди, в частности Великий Восток Франции, (уже получавшие деньги от Ленина!) знали, что более «старшие» братья из Бнай Брит сделали ставку не на белых, а на красных, на Ленина, на еврейское господство над Русским Народом!

Так на корню, в самом зародыше Белое движение было обречено, что не лишает, разумеется, чести и славы его искренних воинов, даже самою этой обречённостью сообщает их подвигу особое величие и глубину!

В Гражданской войне, по данным современного историка писателя В. Ко-жинова (наиболее достоверным) погибло с обеих сторон около 2-х миллионов человек. Большей частью — русские. Жертвы революции и красного террора 1917—1926 г.г. составили 20 миллионов человек. Стихийный, но умышленно не прекращённый голод в Поволжье 1921—1922 г.г., а также страшный искусственно устроенный коммунистами голод 1932—1933 г.г. унесли ещё в общей сложности 13 миллионов. Одна лишь «коллективизация» 1929—1933г.г. выселила с исконных мест до 1520миллионов крестьян, большей частью русских; более половины их погибли в невыносимых условиях Сибири и Севера, были сразу убиты 4 миллиона. Считается, что только в тюрьмах и концлагерях в 1930—1940-х. годах погибло около 50 миллионов человек. Выселялись, бросались в тюрьмы и лагеря, расстреливались и замучивались не

только политические противники большевиков — кулаки, «белобандиты» и всякие там «бывшие». Прежде всего так или иначе уничтожались люди, действительно верующие, действительно духовные, или люди знающие и понимающие, то есть лучшая часть, ядро Русского Народа и его коренной основы — православного крестьянства. По некоторым данным с 1917 г. по 1970-е годы в общей сложности (считая всех погибших в лагерях и ссылках) было уничтожено «не менее 100миллионов людей — мученических жертв XX века» («Православный Путь», 1993г., с. 175).

Выживать в таких условиях могли, в основном, только приспособленцы, те, кто готов был (хоть на словах, формально) отрекаться и от Бога, и от Церкви, иногда и от своих родителей (и так приходилось!), то есть люди, для которых превыше всех истин, принципов и ценностей было простое самосохранение. А это значит — оставалась самая нелучшая часть народа, его как бы «отходы». Они подвергались тут же мощной идейно-психологической обработке и «перевоспитанию». Дети после Октября 1917 г. уже не получали церковного и духовного образования. Первое время это восполнялось духовным просвещением в семьях, но потом, с середины 1920-х годов, начало резко скудеть и оно. Поколения 20-х — 30-х годов уже вовсю обрабатывались атеистической пропагандой. Но они, по инерции, ещё сохраняли в душе начатки таких качеств, как совесть, долг, честность, милосердие и т.п., правда часто не имея никакого представления, откуда берутся такие качества в душе человеческой, не зная, что они — от Бога. В последующих поколениях этих приспособленцев и атеистов совесть и иные качества, естественно, всё более иссякали, пока к нашим дням не исчезли полностью. В «Отечественной войне» 1941—1945 г.г. потеряно со стороны России не 20 миллионов, как считалось раньше, а по новым данным, примерно 63 миллиона (— самые дееспособные и боеспособные!). Большей частью — это русские. Если мысленно сложить все эти количества потерь, то, хотя и невозможно выделить в них число собственно Великорусского народа,— всё равно становится очевидной страшная истина: к 1945 г. подавляющее большинство прежней Великороссии , Русского Народа, лучшая часть, духовное его ядро или «сердце», прежде всего вся Святая Русь, было физически уничтожено. И всего за 28 лет это половина жизни одного поколения!

И тогда, в мае 1945 г. Сталин возгласил свой знаменитый тост «За русский народ!». Никто не мог понять, в чём дело. Неужто сатанист и интернационалист в самом деле поклонился Русскому Народу?! Нет, Сталин знал, что «Пирровым» характером победы ему удалось довершить начатое иудео-масонами с 1917 г. дело истребления Великорусского народа, то есть что Русского Народа больше нет! Он пил за здоровье покойника. То, что оставалось, и ещё по привычке (а также в издёвку) называлось «русскими», на деле в подавляющем большинстве Русским Православный Народом уже не было. Родившиеся в 1930-х годах вступали в жизнь большей частью уже — атеистами. Этническая же принадлежность, по крови, а также — территориальная, как мы помним, для Русского Народа издревле значили очень мало или совсем — ничего!

Великороссия как Историческая Личность, как Народ-Церковь Господа Иисуса Христа была распята на исторической Голгофе, подобно тому, как был распят возлюбленный ею от всего сердца Господь Христос! В историческом времени Великороссии, Русского Народа в России не стало.

 

к оглавлению

к началу

Рейтинг@Mail.ru